Боже… Мысленно постанываю. Снимки действительно есть, но последние полгода я туда точно не заглядываю. И не припомню, чтобы дети лазили в моем ноуте, что-то там искали.

— Когда увидел, Саш?

— Недавно! — надув губы, складывает руки на груди. — Почему не сказала, что он приехал! Зачем он пришел?

— Саш, для начала, давай не будем ругаться и повышать голос, — предлагаю я тихо. — Я не знала, что он приехал. И не увидела бы его, если бы ты не смотрел в его сторону таким шокированным взглядом. Скажи мне… Ты сестре что-нибудь рассказывал?

— Да, она тоже видела фотографии папы!

Я никогда не врала детям, даже когда это было крайне необходимо, чтобы они закрыли какую-нибудь тему. Всегда говорила все как есть, точно так же поступаю сейчас. Честно признаюсь во всем, несмотря на то, что боюсь реакции детей.

— Хорошо, — сглатываю. — Папа скорее всего ещё появится и поговорит с нами. Но я не знаю, когда. Давай ты сейчас успокоишься и мы пойдем кушать, хорошо?

— Я не хочу его! Пусть уезжает обратно! — громко восклицает сын. — Пусть возвращается туда, откуда приехал!

— Саш… Господи, малыш. Успокойся. Пожалуйста, родной.

— Я знаю! Он нас бросил! Пусть уходит! Я его не хочу! Он тебя не любит! И нас тоже не любит!

— Мама, — слышу голос Даши. А следом за ней в комнату заходит бабушка. Глаза широко распахнуты, руку к груди прижимает. — Папа приехал? Я его хочу…

Я впервые так расстеряна. Не знаю, как успокоить детей. Бабушка бледная как полотно. А это значит, она ничего не знает. Да, Сашка у меня умный не по годам. С планшетом всегда хорошо справлялся, все что угодно находил за считанные минуты. Но ноутбук… Неужели это просто случайность? Среди стольких папок он открыл именно ту, где я хранила несколько наших с Виктором фотографий?

Обязательно удалю их! Сегодня же!

— Ребят, а мы кушать будем? — раздается голос Стаса, стоящего у двери комнаты. — А потом в Луна-парк. Как думаете?

Даша сразу переключает внимание на Левицкого, а вот Саша упрямый. Характером он точно в отца пошел и этот факт причиняет мне боль. Нет, не то, что не хотела бы, чтобы он в папу своего был похожим, просто Виктора вынужденно вспоминаю. Впервые сын так упрямится, идёт по головам и, как я понимаю, даже слушать меня не хочет.

Я киваю бабушке, чтобы она увела дочку, что бабуля и делает. Берет Дашу за руку и уводит. А я, посмотрев на Стаса, вдыхаю.

— Саш, решать тебе… — аккуратно говорю я. — Если не хочешь видеть отца, окей, пусть будет по-твоему. Но прекрати ломать мне сердце своим поведением. Ты меня обижаешь, причиняешь боль. Родной… Пойдем ужинать.

Посмотрев на меня исподлобья секунд двадцать, сын наконец опускает сложенные на груди руки и, прыгнув с кровати, обнимает меня и целует в щеку.

— Прости, — тихо говорит он. Отстраняется, выходит из спальни.

Стас, хлопнув его по плечу, идёт за ним. Я же не могу сдержать себя. Иду на балкон и некоторое время смотрю вниз. Во двор, где играют дети. На лавочки, в которых сидят старушки и о чем-то увлеченно разговаривают. Чувствую, как слезы текут по щекам. Вытерев их, иду в гостиную. Ибо здесь я не смогу держать эмоции под контролем, а рядом с детьми я постоянно собранная и сильная, хоть и совсем себя такой не считаю…

Саша часто поглядывает на меня. И несколько раз поймав на себе мой изучающий взгляд, молча ест все, что бабушка кладет ему на тарелку. А Стас в свою очередь говорит, чем дети могут заняться в парке, куда мы собираемся ехать. Да, таких планов у нас не было, но сейчас я безмерно благодарна Левицкому за то, что он пытается унести мысли детей в совсем другую сторону.

— Поздно вернетесь? — интересуется бабушка уже в прихожей.

— Да, к полуночи, наверное, — с улыбкой говорит Стас, подхватывая на руки смеющуюся Дашу. — На машине наша принцесса кататься хочет. Водить будет сама… Так что… Не смею перечить. Ее слово — закон для меня.

У дочки улыбка до ушей. Саша вроде тоже немного успокоился и иногда улыбается, глядя на меня. То ли расстраивать меня больше не хочет, то ли понимает, что меня действительно задевает его поведение.

Он не отходит от меня ни на минуту. В парке вроде ещё больше расслабляется, но все же его внимание больше сконцентрировано на мне.

Левицкий ведёт себя так, будто всю жизнь с детьми работал и прекрасно знает, как их можно отвлечь, что им больше всего нравится. Сын тычет пальцем в автодром с электрическими машинами. А Стас, конечно же, сразу же соглашается. Ведь Даша тоже именно из-за этого согласилась приехать.

Мы садимся в машины: я с Сашей, а Левицкий с Дашей. Минут пятнадцать развлекаемся тут по просьбе дочки. А потом оставляем их одних, сами же наблюдаем со стороны.

— Пацан гонщиком станет. Смотри, как он ловко всех обходит, — говорит Стас, обняв меня за талию. — А принцесса ведёт себя спокойно, но характер у нее будет о-го-го… Как у красавицы мамы.