Неуловимо быстрым движением он повернул меня и, наклонившись надо мной, заставил изогнуться назад. Моя нога взметнулась вверх. Еще один слаженный вздох донесся из зала. Ого! А кнархов проняло, еще бы, такой стриптиз устроили. Не дав зрителям насладиться моим голым бедром, Азаш снова рывком поднял меня, притянул к себе, скользнул щекой по щеке, сорвав стон с моих губ, и снова повел меня, кружа, по площадке, а ветка сирени плыла над нами, иногда осыпая на нас лепестки. Еще одна его лукавая улыбка, заставившая меня насторожиться. Что же он еще задумал? Мое тело и так уже горело. Он оказался за моей спиной, дотронулся до плеч и слегка развел мои руки в стороны. Я и не думала сопротивляться, сама с нетерпением ожидая продолжения. Глаза прикрыла, чтобы полностью отдаться танцу.

Раскрытые ладони Азаша скользили вдоль моего тела, не касаясь его, и я отчетливо почувствовала жар его рук, а возле шеи снова его дыхание, заставившее откинуть голову назад и слегка склонить набок, словно давая ему больше простора. Но поцелуя не последовало. Распахнув глаза, повернула к нему голову, не зная, как себя вести. Ткань натянулась на груди и трепетала в такт частому дыханию. Мне не хватало воздуха, желание уже переполняло, а судя по взгляду хранителя, он испытывал то же самое.

Азаш бережно, словно касаясь фарфоровой статуэтки, взял мою руку, поднес к губам, будто раздумывая. Я затаила дыхание, но он опять только опалил пальцы своим дыханием и вдруг снова закрутил меня в искрящемся пируэте. До меня дошла простая истина: он просто забавляется! И я решила включиться в его игру. Я подалась к нему, словно собираясь поцеловать, удивив не только его, но и себя. Между нами словно возник тайфун из страсти и желания, распространяясь вокруг. Остановив этот вихрь, Азаш снова наклонился надо мной. Я откинулась назад и, хотя он крепко держал меня, впилась в его плечо своими пальцами. Мне хотелось все время касаться его, на миг возникло желание раздеть парня, сорвать в порыве страсти с него рубашку, но тут же одернула себя: незачем устраивать стриптиз для всех, он предназначен только для меня. Согнув колено, я, дрожа, прижалась бедром к его ноге, провела по нему и обольстительно и призывно улыбнулась – во всяком случае, мне хотелось думать, что именно так у меня и получилось. Азаш удивленно приподнял бровь, выпрямился, возвращая меня в исходное положение, но не удержался и все-таки коснулся виска губами, быстро переместился мне за спину и с последними аккордами музыки замер за моей спиной, склонив голову к плечу. Музыка смолкла. Танец закончился. Мы застыли в такой позе.

Сначала в зале повисла тишина. Я глубоко и неровно дышала. Мир снова обрел звуки, точнее, я хорошо почувствовала их отсутствие. Но стоило осмотреться вокруг, как глаза широко распахнулись. Кнархи застыли в напряжении, члены комиссии сидели неподвижно, словно статуи.

– Бедолаги, сложно им сейчас, – шепнул мне на ухо Азаш. Я недоуменно скосила на него взгляд. Он объяснил: – Посмотри на их затуманенные глаза, они сейчас настолько возбуждены, что не в состоянии справиться с собой.

– И это наша заслуга? – сказать, что я была довольна, значит ничего не сказать.

– Конечно, – улыбнулся Азаш. – Ведь мы всего на миг выплеснули на них наши чувства, но им этого хватило.

– А зачем ты это сделал? Ведь наверняка преследовал какую-то цель? – Я пытливо глянула на юношу.

– Сама не догадываешься? Это же так очевидно, – усмехнулся хранитель.

– Ты хотел показать, что не только негативные эмоции способны подпитывать организм? – неуверенно прошептала я.

– Правильнее будет сказать, не подпитывать организм, а насыщать его. Посмотри на них, они и сами потрясены. Сейчас они возбуждены и, как ни странно это звучит, сыты. А сейчас приготовься, – прижавшись ко мне, быстро прошептал Азаш.

Я не успела спросить, к чему я должна быть готова, как на нас обрушился шквал аплодисментов. Кнархи по одному вставали и сияющими глазами смотрели на нас. Они рукоплескали с такой силой, что дрожали стены зала.

– В первые мгновения им было весьма сложно, – хитро сверкая глазами, сказал Азаш.

Когда до меня дошло, что он имеет в виду, краска залила мое лицо.

К нам приблизился Магистр Шорн. На его лице застыла растерянность. Он кивнул мне, намекая, чтобы я присоединилась к остальным аэрам. А Азашу что-то прошептал на незнакомом для меня языке. Он ответил на нем же. Судя по недовольству Магистра, ответ хранителя ему не понравился, но настаивать он не стал.

Взяв меня за руку, хранитель отвел меня к остальным девушкам, да с нами и остался. Уходить нам пока не позволили, мы тоже не торопились. Интересно было узнать результаты. Хотя я и понимала, что это фарс чистой воды, но все же спортивный интерес присутствовал.

– Ну вы и молодцы! – воскликнула Амина, стоило нам приблизиться к аэрам.

– Это было потрясающе, – подхватила Зифа.

Остальные только закивали. Оказалось, проняло всех. И ведь наверняка без магии не обошлось.

– А как назывался этот танец? – поинтересовалась вампиресса. – Никогда такого не видела.

– В моем мире это называется аргентинское танго, танец страсти и жарких ночей, – улыбнулась я. – Звук кастаньет, горячие латиноамериканцы, страстные женщины…

– Эй, зачем тебе латиноамериканцы, когда я рядом? – шутливо толкнул меня в плечо Азаш.

– Да это вспомнились фильмы. – Я улыбнулась. – Всегда любила именно это танго.

– А что, их много? – удивилась эльфийка.

Я кивнула.