— Прости, прости! — Бешеный нервно тряс головой, и на его перепачканном кровью лице появилась неловкая, виноватая улыбка. — Ты же знаешь...

— Я знаю, ты берсерк. Но я доверил тебе роль свидетеля, а ты чуть не совершил убийство на моей свадьбе! Это могло стать началом войны кланов! Ты это понимаешь?

— Понимаю, братан, понимаю! — Бешеный едва не падал на колени. Полина смотрела и не верила глазам: этот безумный воин, который минуту назад чуть не порвал человека, теперь почти плакал, глядя на Игоря, готовый целовать его ботинки.

— Яр, ты понимаешь, что если убьешь кого-то, тебя запрут в тюремной психушке? А что более вероятно: настигнут охотники. И весь мой клан сочтут опасным!

— Если я окончательно свихнусь, убей меня, Игорь, — выдохнул Бешеный. — Просто убей. Это твой долг как вожака.

Игорь замахнулся для нового удара, но вдруг стиснул Бешеного в крепких объятиях.

— Никогда, — прошипел он в его макушку, исступленно лохматя короткие слипшиеся от пота волосы друга. Бешеный заскулил — тихо, совершенно по-щенячьи, уткнувшись лицом в плечо Игоря.

— Прости! Прости меня!

— Ох, Полина... — Игорь вдруг поднял глаза и встретился с ней взглядом. — Зачем пошла за мной? Ты должна была развлекать гостей. Это твой долг.

— Я пошла узнать, где мой муж, все ли с ним в порядке. — Полина шагнула в подсобку, не в силах больше прятаться. — Это тоже мой долг.

— Я все испортил! — Бешеный всхлипнул, вытирая нос рукавом. —Опять все испортил!

— Заткнись! — Игорь прижал его голову к своему плечу. — Тихо... Тихо, Яр.

Полина смотрела, как глава клана, будущий вожак, баюкает безумного собрата, и чувствовала, как в груди что-то переворачивается. Это было так... по-человечески. И так трогательно.

Игорь достал из внутреннего кармана пиджака ампулу со шприцом.

— Что это? — удивилась Полина.

— Успокоительное. Смесь человеческих лекарств и настойки аконита.

— Но аконит — это же яд!

— Всего несколько капель. Чтобы усмирить силу волка. Регенерация оборотней не позволит навредить.

— Как предусмотрительно...

— Я знал, кто у меня будет свидетелем. — Игорь криво усмехнулся. — Да...

Он вколол лекарство. Бешеный дернулся, выдохнул — и вдруг обмяк, лицо его разгладилось, безумный блеск в глазах погас.

— Спасибо, Игорь, спасибо! — прошептал он, уже словно в полусне.

— Иди к гостям, Яр. — Игорь на прощание снова обнял его и похлопал по плечу. Тот послушно кивнул и, пошатываясь, побрел в зал. Игорь проводил друга взглядом и обернулся к Полине.

— Ну, вот ты и увидела Яра во всей красе. Хотя нет... во всей красе — это в битвах. А это — во всем паскудстве его натуры.

— Но... он очень предан тебе, — тихо сказала Полина.

— Так и есть. — Игорь провел рукой по лицу, устало выдохнул. — И только я могу остановить его безумие. Только мою силу он признает. Пока что. Пока в его разуме остается что-то человеческое. — Он покачал головой. — Вот же псина поганая!

— Игорь, за что ты с ним так... — Полина не могла подобрать слов. — У него, похоже, с головой проблемы. Это же... не бить надо, а лечить.

— Лечить? — Игорь усмехнулся горько. — Психиатрия для оборотней пока не очень развита. Нет, в лес его надо. В нем слишком силен дух предка. Пусть бегает и оленей жрет, санитар леса. Ошибкой было пригласить его на свадьбу.

— Но... он дорог тебе.

Игорь посмотрел на нее долгим тяжелым взглядом. Его желтые глаза мерцали двумя угольками в полумраке подсобки.

— Дорог. Как младший брат. — Казалось, с усилием ответил Игорь. — Мы фактически выросли вместе. Думаю, он тронулся, потерял контроль, когда охотники убили его мать. Он убил тех охотников. Мальчик десяти лет выпустил волка — и не смог обрести над ним контроль с тех пор.

Полина слушала, затаив дыхание. Но от этого признания у нее к горлу подступили слезы. Бешеный уже не пугал, а вызывал неподдельное сочувствие.

— Мой отец усыновил его, — продолжил Игорь. — Так всегда было: сирот клана брал к себе вожак, растил как родных. Но мы сразу поняли, что с Яром что-то не то. Он еле закончил девять классов с угрозой перевода в школу коррекции. Потом кое-как доучился в ПТУ, в армию таких не пускают... — Игорь вздохнул, тяжело проведя рукой по лицу, приглаживая волосы. — Для клана он незаменимый боец, но он как снаряд, который кто-то должен сперва направить. Задать ему траекторию. К этой дикой силе прилагается слишком мало ума.