- Ну не заливай, что сама готовила. Ты девчонка молодая, клубы и гулянки одни на уме. Ясно же, что не сама готовила, а у профи заказала.

- Но я сама готовила! – оскорбляюсь я.

- Ну конечно, - закатывает глаза Демьян, не капли мне не поверив.

Он поднимается, ставит грязную тарелку в раковину.

- Собирайся. Поедем, возьмем твои вещи и купим наряд на нашу свадьбу. Заодно и кольца посмотрим.

- Какую еще свадьбу?? И какие кольца?

Ей-богу, с Мансуровым словно на вулкане! На секунду расслабиться нельзя, сразу взрыв, ошметки лавы, ревнивые невесты и прочие гады! Слишком быстро сменяются события.

- Как какую? Мы должны сделать официальный прием и представить тебя как мою жену. Ну а для этого нужно подходящее платье. Желательно такое, которое прикрывает задницу и вообще выглядит прилично даже после валяния в кустах, - едко замечает Демьян, явно намекая на платье, в котором я на знакомство с его родителями явилась. – Ну и кольца тоже должны быть. Мы же, как-никак, муж и жена.

- Борщ-то хоть можно доесть? – мрачно бурчу я.

- Можно. Но ты мне потом все-таки контакты заведения дай. Я там постоянно заказывать буду – и пирог, и борщ. У повара там точно руки золотые.

Мансуров уходит в комнату, прихватив свой пиджак. Я провожаю его тяжелым взглядом.

- Надо тебе было слабительного в супчик подсыпать, - ворчу я под нос, обиженная до глубины души.

Еще никогда мне такой оскорбительный комплимент не делали! Вроде и приятно, что вкусно, как у самых лучших поваров, а в то же время – не верит же, что этот борщ я варила! Вот если бы я в кусты куда упала или еще что, в это бы, конечно, Демьян сразу бы поверил! Гад ползучий. Никогда бы за такого добровольно замуж не вышла. Ни-ког-да!

С работы мне пришлось уволиться все-таки. Демьян был непреклонен абсолютно. Видите ли, кто-нибудь заподозрит неладное, если я продолжу продавщицей работать. Так что перед поездкой за платьем главный цербер отвез меня в магазин, где я написала заявление на увольнение. И пока я его строчила под осуждающим взглядом напарницы, Мансуров сканировал глазами помещение.

- Чего ты там высматривал? – бурчу я уже на улице.

А сама хмурюсь, всеми силами показывая, как мне не нравится эта мансуровская диктатура. Но ладно, я понимаю. Все-таки сейчас я тоже выполняю работу. Играть жену Демьяна вообще-то трудно – он мне доплачивать сверху должен за свой характер невыносимый.

- Камеры.

- Зачем?

- Ты же сказала, что паспорт приносила только на работу и нигде его не теряла. Возможно удастся по записям увидеть, кто его брал. Как следует тряхну владельца и узнаю.

- Хочешь сказать, Степан Георгич взял мой паспорт, данные твоего еще где-то отыскал и поженил нас? – фыркаю, - И зачем ему это?

- Он мог продать инфу. Либо кто-то мог просто украсть ксерокопию. Раз нас каким-то образом поженили, то уж точно ему оригинал паспорта не был нужен. Доплатил лишнюю сотку и все.

Мансуров распахивает передо мной дверь своего внедорожника. Даже руку подает, помогая сесть.

И хорошо, мне помощь не помешает. У машины порожек высокий, боюсь запнуться и носом вниз рухнуть.

Уже когда Демьян занимает место за рулем, говорю:

- Выходит, что этот человек каким-то образом встречался с нами обоими. Но тебя наверняка знает лично. Вряд ли у кого-то постороннего доступ к паспорту миллиардера есть. Особенно такого важного, - не удерживаюсь от шпильки.

Он бросает в мою сторону короткий выразительный взгляд.

- Болтаешь много.

- Но мысль же дельная!

- Дельная, - соглашается, - только ты так язвишь, что по заднице тебя хочется ремнем отходить иногда.

- Рискни, если не боишься, что я тебе что-нибудь откушу, - вздергиваю я гордо нос.

- Звучит заманчиво. Люблю, когда сопротивляются. Заводит, - ухмыляется Мансуров и бросает на меня короткий, но откровенный взгляд.

Меня неожиданно прошивает колкими мурашками и я поспешно отвожу глаза. Ерзаю на сиденье, не понимая, отчего вдруг словно жаром окатило.

Я стараюсь поспешно перевести тему. В голову не приходит ничего, кроме того, чтобы задать давно мучающий вопрос:

- Прости, что спрашиваю, но как к тебе на работу попал Бурдюк? Может это ужасно прозвучит, но он меньше всего похож на охранника.