— Дома сидят и придумывают, свою стратегию, как вас найти, — начала жаловаться кошка. — Совсем меня не слушают. А я же им говорю, что чувствую твоё направление. Но эти мужчины только отмахнулись и заперлись в кабинете. Вилка вообще никого не слушает, сидит и плачет постоянно. Когда нашли пустую машину у торгового центра, все как с ума посходили. Только я одна отправилась на ваши поиски. Я же молодец?
— Идиоты, — разозлилась я. — Ладно бы меня одну похитили. А ты у меня самая лучшая.
— Дети в соседней комнате, — поделилась информацией кошка. — Может, я всё-таки запрыгну? Здесь, знаешь ли, не очень удобно болтаться.
— Нет, — строго сказала я. — Ты сейчас вернёшься домой и скажешь Лёше, где нас искать.
— Да как?! — громко возмутилась Масяня, и я тут же цыкнула на неё.
— Тише ты! — прошипела я. — Не шуми.
— Они меня не слушают, — прошипела она, с досадой глядя на меня.
— А я тебе сейчас скажу одну фразу, которую Лёша сразу услышит, — подмигнула я кошке. — Как только зайдёшь домой, сразу скажи ему. Лёша, если сегодня не придёшь, я сниму браслет и никогда больше его не надену. И даже символ тебе не поможет.
Я выбрала эти слова не случайно: знала, что наш новогодний разговор никто не слышал, и надеялась, что они заденут Лёшу за живое. Масяня на мгновение замерла, а потом с явным недовольством махнула головой.
— Хорошо, жди, — сказала она и, спрыгнула со второго этажа, исчезая в темноте.
У меня сердце на мгновение замерло. Я напряжённо следила за кошкой, пока она грациозно не приземлялась на лапы. Но, к моему удивлению, Масяня не проявила никаких признаков беспокойства. Она просто побежала вперёд, словно ничего не произошло. Я выдохнула с облегчением, но тревога всё ещё не отпускала меня.
Едва я успела захлопнуть окно, как в замочной скважине раздался знакомый звук ключа. Кто-то явно решил заглянуть ко мне в гости. Ну что ж, послушаем, что им нужно.
В комнату вошёл высокий, худощавый мужчина с седыми волосами и аристократичным лицом. Он выглядел как персонаж из старинного романа — настоящий джентльмен, но с какой-то загадочной аурой. Было в нём что-то притягательное, хотя и пугающее одновременно.
— Здравствуй, — вежливо произнёс он, слегка наклонив голову. — Как прошла ночь?
— Отвратительно, — буркнула я, не чувствуя особого желания здороваться. — Зачем вы нас похитили?
Мужчина приподнял брови, удивляясь моей прямолинейности.
— Ну что ж, если ты предпочитаешь общаться именно так, — он улыбнулся, глазах мелькнула тень. — Ты сейчас находишься в клане северных. И сразу скажу: сбежать не получится.
— Я и не собиралась, — перебила я, надеясь, что он не заметит моего волнения.
— Оно и заметно.
Мужчина ухмыльнулся, его взгляд красноречиво остановился на не до конца закрытом окне. Я почувствовала, как внутри всё закипает от ярости. Он знал, куда бить, и это бесило меня ещё больше.
— Сегодня в полночь ты принесёшь клятву верности клану, — произнёс он спокойно, в его голосе звучала сталь. — Потом подпишешь документы о принадлежности к моему клану. Если будешь хорошо себя вести, завтра уже увидишь своих диких деток.
От этих слов меня охватила волна гнева. Я сжала кулаки, стараясь сдержать эмоции. Этот человек играл со мной, как кошка с мышкой.
— Хочешь, чтобы твоих отпрысков сегодня накормили? — продолжил он, заметив, что попал в цель. — Веди себя тихо и прилежно. Дети такие хрупкие создания, от голода могут падать, а косточки у них хрупкие, могут себе что-нибудь сломать.
— Не смейте трогать моих детей! — прорычала я, чувствуя, как красная пелена застилает глаза. Ярость затмевала разум, и я уже не могла контролировать свои эмоции.
— Так их никто особо и трогать не будет, — засмеялся он, наслаждаясь моей реакцией. — Только немного помогут. И то только в том случае, если ты будешь себя вести неподобающе.
Его слова были как удар хлыста. Я почувствовала, как сжалось сердце. Он знал, как надавить на меня, и использовал это против меня. Я должна была найти способ выбраться из этой ситуации, но пока не знала, как это сделать.
Мужик закончил свою речь и неспешно вышел, запирая меня снаружи. Я осталась одна в комнате, присев на кровать и пытаясь успокоиться. Вот так тебе, Василина. Мечтала о тишине и покое, а оказалась в плену у похитителей. Получи по заслугам. В следующий раз будешь думать, о чем думаешь и чего желаешь, — думала я, ругая себя за недальновидность. Но сейчас важно было сохранять спокойствие. Это был единственный способ защитить детей и, возможно, добиться от похитителей хоть какой-то милости.