Кошка задумчиво чешет за ухом, а потом лениво спрыгивает со стола, подходит к двери и принюхивается.

— Ну тогда, пожалуй, лучше меня в этом вопросе точно никто не поможет, — промурлыкала моя кошка Масяня. — Я ведь точно знаю, как лечить душевные раны.

— Спасибо, Масянька, — с улыбкой поблагодарила я, потрепав её по мягкой шёрстке. — Ты у меня просто чудо.

Наконец-то я смогла выдохнуть. Предстояло ещё успеть привести себя в порядок, а времени было в обрез. Я специально приготовила для этого случая потрясающее, сексуальное бельё, чулки и платье. Оно было темно-синим, с открытым верхом и длинным подолом, напоминающим русалочий хвост. Так и подмывало поскорее его надеть.

— Мама! — раздался радостный крик Алины из коридора. — Мы на улицу, помогать заливать горку!

— Мам, а можно нам взять ведро и морковку для снеговика? — тут же подхватил Миша, не отставая от сестры.

— У Марфы спрашивайте, — ответила я, стараясь сохранить невозмутимость.

— Да я им всё сейчас выдам, — донеслось из кладовой. — Всё готово, идите!

Я взглянула на часы: время утекало, как песок сквозь пальцы.

— Хорошо, — отвечаю, тяжело вздыхая.

— Масяня, — слышу возмущённый голос феи, — с чего ты взяла, что я страдаю?

— Ты главное не замыкайся в себе, — раздаётся голос кошки, — и всё, что наболело, выскажи. Я тебя молча выслушаю и пойму. Может, даже совет дам.

— Васька, — кричит Вилка, — забери свою кошку! Иначе у меня точно сейчас начнётся истерика!

Может, мне вернуться к похитителям? Там хотя бы тишина была, и никто не дёргал каждую минуту. Да и заботились обо мне. Размечталась, конечно. Но нет, надо просто выдохнуть и не накручивать себя. А то от этих мыслей сразу чувствую себя плохой мамой и подругой. И это чувство мне совсем не нравится.

Ну что ж, осталось всего пара салатов, противень в духовку — и можно отправляться в свою уютную комнату, чтобы принять горячую ванну. Подбадривая себя этой мыслью, я продолжила готовить.

Вдруг из коридора донёсся звонкий голос Вилки:

— Руся, ты почему так долго ехал?

Помыв руки и вытерев их о фартук, я направилась встречать гостя.

— Привет, Вась! — громко сказал Руслан, обнимая Вилку. — Ты выглядишь так, будто тебя неделю пытали.

— Привет, — ответила я спокойно. — Умеешь ты делать комплименты.

— Располагайся, а я пойду дальше на пытки, к вечному огню, — добавила я с улыбкой.

— Окей, — ответил Руслан, уводя Вилку в гостиную.

Я посмотрела им вслед, вдохнула и отправилась доделывать свои дела. Быстро закинув два противня в духовку, я наконец-то отправилась в свою комнату. Полчаса тишины — это то, что мне сейчас нужно.

За столом царила атмосфера веселья и радости. Все были нарядно одеты и с воодушевлением ждали праздника.

— Давайте проводим старый год! — начал Веник, подняв бокал с вином. — Чтобы новый год мы встретили с кристально чистой душой, как новорождённые.

Все поддержали его тост, громко чокнувшись бокалами. Дети, не отставая от взрослых, подняли свои стаканчики с соком.

— Уходи, уходи, уходи! — радостно закричали дети, весело улыбаясь. — Ура-а-а!!!

Этот момент казался настоящим счастьем. За столом сидели беззаботные дети, рядом — прекрасный и понимающий мужчина, а вокруг — верные друзья. Ещё три месяца назад я и мечтать не могла о таком. Как же мне повезло в новой жизни!

— Пять минут до Нового года, — объявил Лёша, и его голос прозвучал торжественно. — Достаём свои листочки и записываем желания. Когда куранты пробьют двенадцать, мы сожжём их над бокалами и выпьем. Кузя, Марфа, помогите, пожалуйста, нашим младшим.

Я взяла карандаш и оглядела собравшихся. Вилка, склонившись над своим листком, что-то быстро записывала, её глаза сверкали загадочным блеском, и она украдкой взглянула на Руслана. Он тоже что-то писал, его лицо раскраснелось, а на щеках играл румянец. Алина и Миша сосредоточенно выводили буквы, высунув языки и морщась от напряжения. Ваня уже закончил и теперь сидел, наблюдая за всеми с широкой, довольной улыбкой. Лёша, тоже закончивший с записью, смотрел на меня с хитринкой в глазах, явно его желание было связано со мной. Домовые, Кузя и Марфа, не стали писать, молча наблюдая за происходящим. Их спокойствие и уверенность в себе были почти осязаемыми.

Я задумалась, что же загадать. Попыталась представить, чего мне не хватает или чего я хочу, но в голове была лишь пустота. У меня уже было всё, что мне нужно: семья, друзья, поддержка. Я была счастлива, и это осознание наполнило меня теплом. Вздохнув, я решила, что не хочу ничего менять.

«Пусть в моей жизни останется всё так, как есть, — написала я на листочке. — Пусть счастье и любовь будут со мной, а враги обходят нас стороной».