— Никогда не верил в карму, — отвернулся он от зелья. Я замерла. — Но, видимо, я где-то накосячил, что любимая женщина хочет меня не вылечить, а добить.

— Да что не так-то? — удивилась я. — Я тут, значит, плачу, переживаю, а ты привередничаешь. Зелье же! Как ты и просил.

— Вась, — ласково сказал Лёша, — это зелье мгновенная смерть.

От его слов у меня сердце остановилось. Рука дернулась, и я отшвырнула флакончик как можно дальше. Флакончик красиво извернулся и, врезавшись в камень, разбился. Красная жидкость разлилась по земле.

— Ну можно было бы и не так кардинально, — вздохнул Лёша с болезненным стоном. — Давай тёмно-зелёный, — подсказал он.

Я трясущимися руками достала нужный флакончик и начала открывать.

— Точно? — переспросила я на всякий случай.

— Точняк.

Осторожно я влила зелье ему в рот, отодвинув остальные флакончики подальше. Кто знает, что в них? Ну их, от греха подальше.

Прошло, наверное, минут пятнадцать, и Лёша облегчённо выдохнул.

— Наконец-то! — с блаженной улыбкой произнёс Лёша. — А вот я над тобой так не издевался, когда тебя ментально приложило. Между прочим, сразу зелье дал. Хотя, может, и хорошо, что ты не додумалась дать мне его, пока я без сознания.

— Откуда мне знать, какое зелье от чего? — возмутилась я, сбрасывая его голову. Лёша притворно застонал. Так ему и надо! Нечего меня, маленькую, обижать! Я резко поднялась на ноги.

— Коварная женщина. Тебя только в стан врага закидывать, — Лёша встал и принялся осматривать себя. — Там на флакончиках написано, от чего что.

— А вот не надо умничать, — фыркнула я. — Я была в таком состоянии, что явно не до чтения мелкого шрифта. Зная, что я ещё не изучала зелья, мог бы сразу сказать, какое надо.

Я отвернулась от него, разглядывая свой свитер. Весь в крови. Ну и денёк!

— Ну прости меня, моя маленькая бука, — прошептал он мне на ухо, обнимая. Я дёрнулась, но без толку — куда мне деваться. Всегда удивляюсь, как он умудряется так ловко сгибаться, чтобы обнять или поцеловать. Настоящий штепсель с торопунькой. Чесслово.

— Я вообще-то обиделась … — мой голос дрогнул.

— Я вымолю у тебя прощение. Или хочешь, я тебя вымою? — пророкотал он.

— Хочу. Только сначала вещи все почисти.

— Здесь магия не работает, помнишь? — не отпуская меня, сказал он. — Придётся ручками всё делать.

— Но ты же говорил, что здесь только маги могут находиться?

— Да, говорил. Вся сила уходит на поддержание жизни. Если бы мы были обычными людьми, то тут и пяти минут не протянули бы.

— Ну тогда пойдём мыться? — мученически вздохнула я, пытаясь скрыть своё недовольство. — Я в последний раз стирала руками... Да вообще никогда не стирала. Придётся, видимо, учиться.

Лёша, не долго думая, подхватил меня на руки и понёс к гроту с озером. Место было просто волшебное: озеро невероятно зелёного оттенка, подсвеченное какими-то кристаллами со дна. Мыться в такой красоте казалось кощунством.

— Раздевайся, — сказал он, ставя меня на ноги.

— А здесь точно можно мыться? — засомневалась я.

— Ну, я здесь мылся целых десять лет. Но если тебе не нравится, есть водопад снаружи. Только, честно говоря, вода там ледяная, тебе точно не понравится, — ответил Лёша, стягивая футболку.

— Ну можно, так можно, — быстро согласилась я и начала снимать одежду. Воздух был тёплым и влажным, как в еле прогретой бане. Не глядя на Лёшу, я потихоньку зашла в воду. Вода оказалась горячей, но не обжигала. Блаженство.

— Это просто рай, — пробормотала я, погружаясь в воду.

— Кто-то говорил, что не было секса? — Алексей подошёл ко мне в воде. — Надо наверстать упущенное! А то я слышал, как ты жалостливо плакала, и как мужчина, просто не могу допустить, чтобы моя женщина плакала, от недостатка эндорфина.

— Нахал! — рассмеялась я, разворачиваясь к нему. Вода доходила мне до груди, а ему — чуть выше пояса. То, что я увидела, заставило меня забыть обо всём. Его член был в полной боевой готовности. Рука сама потянулась к нему, и моя ладошка не смогла охватить весь объём. Это всё мне?

— Я думала, что ты умер, — закончила я свою мысль.

Алексей потянул меня за руку и уселся на выступ, опустившись в воду по грудь. Он усадил меня к себе на колени, одной рукой накрыл развилку между моих ног, а другой начал ласкать мои груди. Я застонала и выгнулась.

— Какая же ты маленькая, — прошептал он, — так боюсь тебе навредить. Убери пока свои ручки, а то не сдержусь. Потом наиграешься.

— Лёша, — застонала я, — как же приятно.

— Сейчас подготовим тебя для меня, и всё будет, — прорычал он, мягко протискивая палец. — Слишком узкая, — добавил он, начав двигать пальцами более активно.

— Ещё, — простонала я, выгибаясь.