– Маг, – подтвердила я, – а тебе шоколад можно?
– Иначе его в доме не было бы, – здраво рассудила девочка.
Умная какая.
– Тогда умываться и одеваться, а потом на тайную операцию? – весело уточнила я.
Али радостно взвизгнула, подскочила и унеслась в ванную комнату… мою. Но я особо не возражала.
Потянувшись, встала и потопала следом.
– А няни твои где? – уточнила, глядя, как кроха суёт руки под струю воды.
– Думают, что сплю, – поведала она, повернулась и хитро добавила, – я тоже маг.
Я это конечно знала, но всё равно впечатлилась.
– А магии тебя папа учит? – спросила зачем-то, приближаясь и тоже пихая руки под воду.
– Да. У меня раньше были учителя, но они все оказались плохими и злыми.
Мне стало как-то жутко. До мурашек по коже.
– Они тебя обижали? – спросила тихонько.
И не поняла, в какой момент включились забытые умения. Повернув девочку к себе, я принялась умывать её лицо, а потом взяла расчёску и стала осторожно водить по послушным мягким локонам.
– Они пытались меня украсть, – запыхтела Али, внимательно наблюдая за моими движениями в отражение зеркала. – Папа сказал, что они хотели продать меня плохим людям.
Не удивлена. У нас много желающих присвоить себе человека – миловидного ребёнка или красивую девушку. Цели и мотивы у всех разные, но сам факт того, что некоторые считают себя в праве покупать или продавать живых людей…
А если вспомнить, что у Али ещё и какая-то особенная магия, из-за которой все и хотят ею обладать…
Словом – кошмар. Неудивительно, почему Десмонд такой недоверчивый и суровый.
Тут удивляло иное – что он сейчас покинул дом, оставив нас с Али. Конечно, тут ещё была прислуга и охрана, но всё же.
Неужели лорд Ранэр начал менять своё мнение на мой счёт?
– А у тебя есть дети? – вдруг выдала Алия.
У меня от неожиданности руки ослабли и расчёска едва не выпала.
– Нет, – ответила с улыбкой, успев её поймать и продолжив расчёсывать невероятно красивые, сверкающие волосы. – Но у меня были два сводных брата и сестра…
– Как это? – с детским любопытством тут же уточнила девочка.
– Ну, – я несколько замялась, – когда моя мама умерла, папа полюбил другую женщину. И у них родилось двое детей.
Али сосредоточенно засопела, обдумывая это дело. И размышляла она долго, я уже успела расчесать и привести себя в порядок, когда она наконец сказала:
– А мой папа после смерти мамы не стал никого искать.
На это уже я сама не знала, что ответить.
Улыбнувшись, потрепала кроху по голове, невольно отметив, что она мне очень и очень нравилась. Такая светлая, тёплая, не по-детски умная и серьёзная. Вся в папу.
– Я знаю, что леди Савил хочет за него замуж, – добавила Али с неожиданным раздражением и даже ненавистью.
Ой, на какой-то очень тонкий лёд мы с ней ступили…
– А кто это? – вежливо уточнила я, протягивая ручку.
Алия, даже не взглянув на неё, вцепилась в мои пальцы и вместе со мной пошла на выход, охотно рассказывая:
– Она следит за домом. Ты не видела её? Высокая, со злыми глазами и белыми волосами, как снег.
– Нет, такую не видела, – призналась я. – Почему она тебе не нравится?
– Она злая, – девочка насупилась. – И ругает меня. Когда папа не слышит, она говорит, что станет моей мамой и возьмётся за моё воспитание.
Меня это всё не касалось, но ребёнка стало по-человечески жалко.
– Ты боишься её? – я посмотрела на Али сверху вниз в ожидании ответа.
Она подняла голову, встретилась со мной взглядом и честно сказала:
– Она меня бесит! Возомнила себя тут хозяйкой, ходит и свои правила диктует. А папа ничего не замечает! При нём она хорошо себя ведёт, а про меня говорит всякое, что я балуюсь и вредничаю.
В этот момент я подумала, что Десмонд очень и очень зря назначил меня няней Алии. Потому что та мысль, что появилась у меня в голове, никак не могла прийти ко взрослой, серьёзной, ответственной женщине, которая должна следить за ребёнком и учить его хорошему.
Да и сам Ранэр за такое не похвалит…
Вздохнув, оставила мысли с грандиозной местью и примирительно сказала:
– В жизни будет очень много людей, которые нас бесят и раздражают. Если на каждого из них обращать внимания, то сил жить не останется. Ты пробовала без неё разговаривать с папой об этом?
– Он не слушает, – пропыхтела девочка обиженно. – Говорит, что леди Савил взрослая и врать не станет.
Ничего себе заявление. Уж не Ранэру ли знать, как много и часто врут взрослые?
– Ладно, пошли поднимать себе настроение шоколадом, – решила я со вздохом.
Алия просияла, мгновенно позабыв о всех горестях и печалях. А ещё не дала мне переодеться, заявив, что такое важное дело не терпит промедления, и нам надо спешить, пока все не проснулись.