— Понимаете, перед самым отъездом Его Светлость сделал мне предложение, но… — я никак не могла подобрать правильных слов. Хоть я и была из другого мира, где царили другие нравы, здесь же все было иначе. И я должна была подчиняться правилам этого мира и жить по ним. Мне еще предстоит встретить того самого человека и выйти замуж. А тут такое предложение…

— Говори, деточка, — леди Фарлинг сжала мои ладони. — Я никому не выдам твой секрет.

— Герцог предложил мне купить дом в городе, где он будет навещать меня по вечерам. Если я отвечу ему согласием, то он увеличит сумму содержания приюта. А за это я должна не только сопровождать его в театр или куда он пожелает, но и согревать ему постель, — чуть ли не скороговоркой проговорила я. — Тогда, когда он того пожелает, — и тут же закрыла лицо руками.

Стыд-то какой!

Где бы я ни находилась, мужчинам от нас нужно только одно. Но я не собиралась осквернять свое имя. Пусть герцог ищет себе другую наивную дурочку.

— И что же ты ответила? — допытывалась леди Мари, гладя меня по рукам.

— Конечно же, отказалась! — воскликнула я. — Я леди, а не продажная девка. Вот только теперь боюсь, что он и вовсе перестанет нам помогать. Что мне делать, леди Фарлинг? — за неимением других собеседников, я обратилась за советом к ней. — Ведь без финансовой поддержки герцога наш приют совсем скоро снова начнет загибаться. А мне нужно восстановить его во что бы то ни стало, иначе… — дальше я проглотила слова. Эту тайну не стоило разглашать. — Но я леди! Я не могу принять его предложение.

На некоторое время в кабинете наступила тишина. Не гнетущая, а будто бы умиротворенная, когда каждый думает о своем. В углу зашуршал Рублик, но показываться на глаза не спешил. Чуть погодя и вовсе затих. Надеюсь, что удалился по своим делам. Мне бы не хотелось, чтобы домовой подслушивал наш разговор с леди Фарлинг насчет герцога. Хотя можно ли что-то утаить от духа приюта?

— А он тебе нравится? — внезапно услышала я от леди Мари и медленно повернула в ее сторону голову. — Как тебе Его Светлость?

Хорошо, что я ничего не ела и не пила в это время. Иначе бы точно поперхнулась.

— В каком смысле? — переспросила я, чтобы убедиться, что правильно расслышала слова леди Фарлинг. — К чему такие вопросы?

Мари немного придвинулась ко мне.

— Герцог-то видный мужчина, — заговорила она, накрыв мои руки своими. — Я не успела с ним познакомиться, но издали-то увидала. Да и остальные постояльцы только о нем и говорят. Он покорил всех постояльцев. Даже барон отзывается о нем весьма лестно. Скажу честно и без утайки: лорд Брайтвуд хорош собой! Неужели он нисколько не волнует тебя?

Я не знала, что и ответить леди Фарлинг, но ей и не нужны были мои слова. Женщина словно говорила с самой собой, но при этом не выпускала мои руки. Да и смотрела как-то странно, словно мой ответ для нее был очень важен. Но готова ли я делиться личным?

— Какая разница? — вздохнула я. — Мы из разных миров. Такие, как Его Светлость, кроме места любовницы рядом с собой, ничего более не могут предложить мне. Я же никогда не соглашусь на его слова.

Я же не собиралась это место рядом с ним занимать. Как бы я не хотела спасти приют.

— Не торопись с ответом, — остановила меня леди Фарлинг. — Понимаешь, дорога твоей жизни иногда может делать крутые виражи. Вот взять хотя бы меня. Думаешь, я родилась герцогиней?

Я не торопилась отвечать. Вопрос леди Мари был риторическим. Я просто ждала, когда она продолжит свои слова.

— Сейчас уже кажется, что я всегда была леди Мари… — женщина осеклась. — Леди Мари Фарлинг. Но память как хитрая плутовка лиса. Она каждый раз возвращала меня в бревенчатый дом моего отца, где я была всего лишь дочь барона Рэнфорд. Его владениями были всего лишь клочок леса да несколько деревушек, платившие оброк шерстью да тем, что выращивали в полях. Я же была его единственной дочерью и самой большой проблемой. Он хотел выдать меня замуж не только за достойного человека, но и с титулом. И папенька что только не делал, но на бал дебютанток во дворец я направилась в платье, трижды вперешитом из маминого бархатного одеяния. Единственным украшением были серебряные сережки и такая же цепочка. Но не поехать я не могла. Матушка наставляла, что это моя единственная возможность, найти себе мужа выше меня титулом, чтобы не прозябать в старости как она, копаясь в земле.

Я как сегодня помню свой первый в жизни бал. Столица с первых же минут встретила меня неприветливо. Матрены столичных домов кривили лица при виде меня, и своих дочерей строго-настрого напутствовали, чтобы не водились со мной. Даже наши соседи пролетали мимо, не удостаивая меня взглядом.