Таргитай действительно спал. Даша выглянула в окно, орк лежал на дощатом полу, подложив под голову сложенную куртку (наверное взял первую под руку попавшуюся), и его зеленое лицо во сне казалось почти безобидным. Почти. Потому что клыки все равно торчали.

Даша не стала его будить. Написала вторую записку: «Ушла на работу. Не поджигай дачу. Не пугай соседей. Если кто-то придет, позовет, постучится — прячься. П. С. Ничего не трогай, я пожертвую тебе свой бутерброд, на этом все. Вечером привезу еду. Надеюсь, орки не умирают от голода за один день».

Она положила записку на перила и потопала до электрички.

Офис встретил ее кондиционером на полную мощность, запахом перегоревшего кофе и паникой.

Отдел контента располагался в углу, заставленном фикусами, которые, казалось, тоже страдали от депрессии. Даша пробралась к своему столу, уронила сумку, села в кресло и уставилась в монитор.

Экран горел приветствием «Доброе утро, Даша!» Такое же жизнерадостное, что раздражало.

— Доброе утро, — пробормотала она и подвинула к себе клавиатуру.

На столе уже лежала распечатка. Техническое задание. Сорок семь страниц убористым шрифтом. Отдел продвижения прислал правки еще вчера, и их нужно было согласовать до обеда. Иначе проект «Северное сияние» (тот самый провальный) окончательно превратится в черную дыру, которая поглотит всех, кто к нему прикоснется.

Даша открыла документ.

Пролистала первые пять страниц.

Ничего не поняла.

Пролистала еще десять.

— Тут написано «интегрировать кросс-функциональные метрики», — прошептала она, глядя в потолок. — Что это вообще значит? Они в курсе, что я картинки красивые делать должна для соцсетей?

Никто не ответил. Соседний стол пустовал. Контент-менеджер Коля на больничном уже вторую неделю. Даша думала, что ее еще не уволили только по этой причине. Получалось, что вся стабильность ее жизни держалась на том, что мужчины не могут пережить температуру тридцать семь и один.

Она откинулась на спинку стула.

Вчера, в это же время, она всерьез обдумывала, стоит ли отдавать три года жизни из конца.

А сегодня она сидит в офисе и листает ТЗ.

— Какой ироничный поворот, — сказала Даша. — Я вызывала демона, чтобы он решил мои проблемы. А вместо этого я должна согласовать кросс-функциональные метрики, так еще и на веранде у подруги на даче спит орк, который меня не просто не избавил от проблем, а только создал новые. Да уж.

Она хихикнула. Потом замерла. Потом оглянулась — не слышал ли кто.

К счастью, все были заняты своими экзистенциальными кризисами. Или работой. Но Даша не верила, что хоть кто-то в их офисе работал в полную силу.

Она снова уставилась в документ.

Ей нужно было написать комментарии к каждому пункту. Сорок семь страниц. До обеда. А она не выспалась. Еще и после разговора на крыльце долго ворочалась. Смотрела в потолок и думала о красных глазах, о низком голосе, о том, как он сказал: «Сегодня я твое лицо увидел».

И от этих мыслей внутри становилось тепло и как-то странно. Даша задумалась: «Интересно, каково это встречаться с орком?»

— Даша! — окликнули ее откуда-то слева.

Она вздрогнула и чуть не скинула кружку с остатками вчерашнего чая.

Начальница отдела продвижения, Светлана Юрьевна, стояла в трех метрах, подбоченившись. Женщина со взглядом «я вас всех тут уволю», который плавил сталь.

— Ты ТЗ посмотрела?

— Да, Светлана Юрьевна, — бодро соврала Даша. — Почти.

— «Почти» не считается. Через два часа у нас созвон с заказчиком. Твои правки должны быть готовы.

— Будут.

Светлана Юрьевна посмотрела на нее так, будто видела насквозь. И, возможно, видела. Потому что добавила:

— Надеюсь, ты не подведешь. Проект «Северное сияние» — это последний шанс показать, что мы можем работать без косяков. Иначе…

Она не договорила. Но Даша и так поняла.

«Иначе уволю».

Она сжала губы и вернулась к ТЗ.