Желательно, со сладкой конфетой!

Я беру свою кружку, а в ней... бумажка!

Кто-то скомкал бумажку и использовал мою кружку, словно урну.

Вот гады. Я уже почти выбросила бумажку, когда обратила внимание на цвет:

тёмно-синий, почти фиолетовый. Такого цвета стикеры с клеевым краем лежат в кабинете

у Дронова.

Неужели...

Я едва подумала, а пальцы уже развернули.

Записка сделана от руки. Почерк мужской, размашистый, с нажимом на длинные хвостики.

«Как насчёт кофе? 13:00. Я буду ждать тебя у центрального. Просто Марк»

Боже!

Смотрю на записочку, потом перевожу взгляд в окно, чтобы не улыбаться во все тридцать

два зуба.

Но как же сложно сдержаться!

Я уже решила, что можно забыть обо всём, что было в круизе.

А он...

Боже, я сейчас взлечу от счастья, у меня за спиной будто выросли крылья...

Внезапно чувствую взгляд: босс неторопливо направляется к себе в кабинет и смотрит на

меня. Я едва заметно кивнула ему, он мне — тоже.

Бумажку не выкинула.

Расправила и засунула среди страничек ежедневника, и потом в течение дня, до обеда,

несколько раз на неё смотрела, будто проверяя: не исчезнет ли...

Не исчезла.

* * *

В час дня мы встречаемся, Дронов предлагает переместиться в кафе напротив, и кто я

такая, чтобы отказаться? Тем более, кафе не из дешёвых, а моей заработной платы

аналитика было всегда маловато, чтобы заходить туда на перекус.

Но сейчас платит Марк, поэтому я согласна!

Но, по правде говоря, корысть здесь совсем не при чём. Я бы согласилась, даже если бы

Дронов предложил просто прогуляться пешком, на пустой желудок.

— Как прошло утро? — спрашивает.

— Нормально. Думала, будет хуже.

— Из-за тех новостей?

— И фото, и сплетен, и много чего ещё! Кое-кто пытался продавить, но...

— Но ты — скала.

— Я нервничала! Даже на сладкое сорвалась... Павел из аналитики принёс печеньки.

— Я видел. Ты взяла две...

— Ты считаешь?

— Я считал не печеньки, я считал твои улыбки. Ты улыбнулась ему дважды. Так совпало,

что на каждой печеньке!

Я даже не знаю, смеяться, умиляться или плакать? Это настолько же безумно, насколько

мило...

И очень-очень ревниво!

Я и не подозревала, что босс — такой собственник, ах!

— Значит, ты нервничала... — он делает глоток. — То, что я не поздоровался с тобой

при всех как-то по-особенному тоже заставило понервничать?

— А должен был?

— Нет. Я считаю, что, даже если мы спим, то демонстрировать это сотрудникам

необязательно.

— Я тоже так думаю.

Неожиданно Дронов тянется через весь стол и касается моей руки.

— Вера, — говорит он тихо.

— Что, Марк Сергеевич?

— Просто Марк.

— Хорошо, Просто Марк... Ты что-то хотел сказать?

— В пятницу.

— Что будет в пятницу?

— Ужин. Я заказал столик. Ты должна быть там. Ровно в восемь. Постарайся не

опаздывать.

— Это свидание?

— А ты как думаешь?

Он говорит загадками, словно планирует свести меня с ума ещё больше!

— Я думаю, что ты так и не извинился за ту фразу.

— Я извинился. В Корфу.

— Ты сказал «извини». Шёпотом. В темноте. Это не считается.

— Хочешь, скажу сейчас? — он наклоняется через стол. — При всех? Может быть, даже

спою? Кстати, пою я намного лучше, чем танцую.

— Ох. я послушаю с удовольствием. Но не при всех, а наедине.

— Потому что...

— Не хочу ни с кем делиться, — говорю шёпотом.

— Тогда приходи в пятницу. Мне есть чем с тобой поделиться, готов поспорить, тебе это

очень понравится.

И почему в моей голове возникли не самые безобидные, зато очень-очень взрослые мысли

на этот счёт?!

Потом мы заказываем обед и принимаемся за него. Время, к сожалению, летит слишком

быстро...

Уже и в офис возвращаться пора, а я еще не насладилась его обществом...

И, будто читая мои мысли, Марк говорит неожиданно.

— Я скучал. А ты?

Нам уже выходить, а он — такие признания! Я едва устояла на ногах.

— И я, — признаюсь, не веря, что это происходит на самом деле.

Со мной.

С ним.

С нами!

— Если ты не против, я выйду первым.

— Да, конечно. Слухи ни к чему, их и так слишком много...

Марк берёт пиджак со спинки стула и вдруг ухмыляется.

— Главное, Вер, ты не слишком сильно нагибайся, а то стекло-опенспейс, я буду

страдать, как мужчина, наблюдая за твоими роскошными позами!

Опять он... про это... Не нагибайся! Но у меня уже и мыслей нет обидеться на него.

— Рекомендую тебе тоже не слишком сильно расточать свою харизму.

— Договорились.

Дронов уходит, я смотрю ему вслед с улыбкой... И только через пять минут выхожу из

кафе.