— Готово, — он прячет язык за зубами, и на его губах расцветает ухмылка. — Готов ехать?

Перехватив его руку, когда он убирает ее от приборной панели, я подношу к губам и зарываюсь носом в костяшки пальцев. Его ногти все еще отливают синевой, ведь там остался облупившейся маникюр, который он сделал себе на прошлых выходных. Вдохнув запах его кожи, я мягко прижимаюсь губами к тыльной стороне ладони.

— Ты был на поле просто невероятен, — говорю я. — Я так тобой горжусь.

— Проиграл как чемпион, а?

— Проиграла твоя команда. А ты играл великолепно.

— Спасибо, детка. А ты выглядишь нереально мило, — он цепляет пальцами футболку «Ацтеков», которая сейчас на мне, и игриво тянет на себя.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, снова целуя его кожу.

— Увидишь, — та самая хитрая ухмылка возвращается, полная очаровательного озорства, от которого мое сердце плавится словно воск.

Навигатор приводит нас на Венис-Бич, но чтобы найти парковку где-нибудь недалеко от набережной, которая не стоила бы целое состояние, требуется уйма времени и зоркий глаз. Повсюду снуют люди, стекаясь в одном направлении. В том самом, куда меня тянет за собой Дейн, крепко обхватив за плечо.

Металлические ограждения формируют очереди, ведущие через рамки металлоискателей к билетным кассам. Два сканирования экрана телефона Дейна, тщательный досмотр моей сумки для камеры, и мы внутри.

Песок под ногами, кружащие в небе чайки и синева океана неподалеку доказывают, что мы на пляже, но все остальное на огороженной территории больше смахивает на рок-концерт. В одном конце возведена сцена со строительными лесами, в противоположном выстроились палатки с едой и пункты первой помощи, а еще тут больше биотуалетов, чем я когда-либо видел за пределами окружной ярмарки. И в поле зрения ни единого купальника, не считая женщины в золотом бикини, просвечивающем сквозь сетчатое боди.

— Думаешь, она горячая? — Дейн кивает в ее сторону, пока она удаляется от нас на высоченных платформах.

— Просто гадаю, как бы ты смотрелся в таком наряде, — я отвожу взгляд от ее фигуры и ухмыляюсь Дейну.

— Ха! — Дейн хлопает меня по спине, а затем замечает что-то поверх моего плеча, а затем поднимает руку и начинает махать, выкрикивая имя Рэнди.

Обернувшись, я вижу, как через металлоискатели проходит добрая половина команды Дейна. Когда мы все сбиваемся в одну шумную толпу, я наконец выясняю, что это за мероприятие. Фестиваль электронной танцевальной музыки. Объясняет пестрые наряды и кричащие украшения на многих присутствующих. Происходящее чем-то напоминает карнавал, хотя я, конечно, никогда в жизни на них не был.

Брайс, друг Дейна, предлагает взять напитки, и мы расходимся в поисках лучших палаток с алкоголем. Прежде чем я отправляюсь на поиски пива, Дейн притягивает меня к себе, объясняет, где мы встретимся, а затем на полном серьезе предупреждает, чтобы я никому не позволял ничего класть мне в рот.

— Какого хера? — смеюсь я. — Зачем кому-то что-то класть мне в рот?

— Потому что через час половина присутствующих будет ловить жесткие приходы, а те, кто под кайфом, свято верят, что все остальные тоже горят желанием упороться вместе с ними. Просто держи рот на замке, пока не найдешь меня.

— А что ты положишь мне в рот, когда я вернусь?

— Ух, Коннор, не провоцируй меня, пока рядом мои друзья. Иначе я могу выкинуть такое, что оставит им психологическую травму на всю жизнь.

Обменявшись хитрыми улыбками, мы расходимся. Отправившись на поиски пива, я достаю камеру, приглядывая кадры, достойные съемки. Делаю пару снимков девчонок в широких штанах и парней в кроп-топах, задаваясь вопросом, где они закупаются шмотками. Затем делаю несколько кадров снизу вверх, запечатлев бульдога с массивной золотой цепью. Если бы я только знал, что Дейн припрятал такой козырь в рукаве, я бы надел что-то покруче карго и футболки «Ацтеков». Дейн одет ничуть не стильнее, но он выглядит сногсшибательно в чем угодно... или вообще без ничего.

Я нахожу палатку, где продают не только безалкогольное пиво, и пристраиваюсь в хвост неуклонно растущей очереди. Пока все мы размеренно ползем вперед, я утыкаюсь в видоискатель, занимаясь тем, что Дейн назвал бы поведением сталкера.

И все мое тело каменеет, когда я цепляюсь взглядом за двух мужчин неподалеку. Толпа расступается ровно в тот момент и именно так, как нужно, чтобы я успел щелкнуть, как они целуются. Оба бородатые, лет тридцати с небольшим, накачанные, в татуировках... и целуются. И там вовсе не те осторожные чмоканья, которыми пары обычно обмениваются на публике. Происходящее больше похоже на те поцелуи, что я видел в «Буйных моряках», или на те, которыми мы с Дейном обменивались в той закусочной.