Информация
Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность и выполнен в НЕкоммерческих целях, не является пропагандой.
Пожалуйста, указывайте ссылку на группу-переводчика при публикации файла у себя на канале.
Настоятельно прошу не использовать русифицированные обложки в таких социальных сетях как: Instagram, X, Facebook, TikTok, Pinterest и др.
Примечание автора
Хочу обратить ваше внимание на то, что в данной книге поднимаются и описываются тяжелые темы, связанные с проявлениями внешней и внутренней гомофобии, переживанием утраты, депрессией и домашним насилием.
Книга предназначена исключительно для совершеннолетних читателей. Все описанные сцены сексуального характера происходят по обоюдному согласию между взрослыми людьми. Предупреждения о содержании включают, помимо прочего:
— Измена;
— Эмоциональная и физическая неверность главных героев, вступающих в связь друг с другом;
— Сцены сексуального характера с участием главных героев и других персонажей.
Пролог
Сколько мне было лет, когда ты решила, что меня невозможно любить?
Папа говорит, ты меня боишься. Это правда? Если я попрошу прощения, мы сможем увидеться снова?
Даже если нам больше никогда не стать настоящей семьей, можешь ли ты по-прежнему быть моей мамой? Можешь приехать за мной и забрать к себе, в Сакраменто? Мне все равно, что там жарко. Обещаю быть вежливым с Мартином. Если нужно, разделю комнату с Талией. Я буду очень стараться не пугать тебя.
Тебе не обязательно меня любить, если не хочешь.
Просто забери меня.
Пожалуйста.
Твой сын, Дейн.
Глава 1
Перетекание нашего студенческого романа во взрослые отношения после выпуска должно было пройти без каких-либо проблем. В конце концов, мы с Талией были вместе с третьего курса. Сначала просто знакомые, потом приятели, а затем – пара, и так уже почти два года. Все просто… сложилось само собой. Идеально совпало время, присутствовало обоюдное влечение, мы вполне сходились характерами и вращались в одной большой компании друзей.
Мне нравилось находиться рядом с ней, а ей нравилось мириться с моими заскоками, так что переход в официальный статус казался логичным шагом. И хотя мы оба до безумия обожали футбол, она всегда мечтала поступить в юридическую школу. А поскольку ее отец обещал оплатить учебу в университете, где к тому же была неплохая программа по фотографии, мне показалось, что все сложилось как нельзя лучше. Я рассудил, что если меня примут в магистратуру Калифорнийского университета в Сан-Диего, нужно воспринять как знак вселенной, что мне суждено последовать за Талией на юг Калифорнии.
Но теперь, когда я с корнем вырываю себя из привычной жизни, покидая единственный город, который когда-либо знал, внутри все скручивается от тягучего, тошнотворного страха. Я далек от мистики, но достаточно суеверный, чтобы верить в судьбу, и почему-то не уверен, что переезд к Талии в дом ее отца в Сан-Диего – то, что предначертано мне свыше. Солнце, раскаленный песок и серфинг... даже думать не надо. Но перевести мою университетскую девушку в статус той, с кем я буду делить быт каждую свободную минуту? Вот тут меня терзают смутные сомнения.
— Не забудь позвать на свадьбу! — мой приятель Леви делает широкий взмах рукой и, звонко отдав мне пять, сгребает в крепкие, удушающие братские объятия.
Его футболка насквозь промокла от липкого летнего пота. Впрочем, как и моя, после того как мы впихнули все наши с Талией пожитки в мой джип «Гранд Чероки».
— Обязательно, — сквозь нервный мандраж я выдавливаю из себя ухмылку, вспоминая, что Талия стоит прямо у меня за спиной. А затем хлопаю Леви по спине с такой силой, чтобы он намек понял и наконец-то отпустил меня.
— Удачи, Конни, — говорит мой второй друг, Рейзел, и тоже обнимает меня, но не так крепко.
— И вам удачи, парни, — добавляет Талия и берет мою ладонь, как только Рейзел отстраняется. — Мы будем нежиться на пляже уже к закату, а вы так и продолжите заживо плавиться в своей мерзкой квартирке.
— Эй, не смей проявлять неуважение к нашей пацанской берлоге, — возмущается Леви. — Она видела нас в самые дерьмовые времена. Слышала когда-нибудь про похмельный дрищ?
— Фу, избавь меня от подробностей, — морщится Талия, направляясь к машине.
По правде говоря, я буду отчаянно скучать по нашей берлоге, даже несмотря на барахлящий кондей, который наш дьявол-арендодатель наотрез отказывался чинить. Да, временами нас одолевали полчища муравьев, ковры намертво провоняли выдохшимся пивом, а духовка не разогревалась выше трехсот градусов, но это место походило на настоящий дом куда больше, чем то место, куда нас направлял мой навигатор.
Ла-Хойя.