Дилан вежливо протягивает руку, искренне давая Стиву шанс хотя бы формально сгладить углы. Но мой отец мало того, что полностью игнорирует этот жест… он берет и плюет прямо на мой пол. Буквально плюет на ковровое покрытие, разворачивается и без единого слова выходит вон из кабинета.

— Ну, это было как минимум мерзко, — шучу я, перегибаясь через край стола, чтобы рассмотреть темное пятно на ковре.

Дилан притягивает меня обратно к себе и обвивает руками мою шею.

— Я так чертовски тобой горжусь, — выдыхает он мне куда-то в ключицу, пока я крепко прижимаю его к себе. Ощущение того, что он здесь, в моем кабинете, в моих руках, открыто перед всем миром — это что-то неописуемое. Я сжимаю его в объятиях, упиваясь его силой — ментальной, эмоциональной и физической.

— Ты хоть представляешь, как сильно я тебя люблю? — спрашиваю я. — Ты знаешь, что ты буквально спас меня? — Я снова целую его, не в силах находиться так близко и не касаться его губ.

Когда дверь кабинета снова с грохотом распахивается, до нас доносится виноватый голос Пегги:

— Простите, Джейкоб, я пыталась сказать ему, что вы заняты…

— Всё в порядке, Пегги.

Я слегка задвигаю Дилана себе за спину.

— Губернатор Коузи, чем обязан?

— Для начала ты объяснишь мне, какого хрена ты разбил сердце моей дочери.

— Сэр, я не разбивал ей…

— Избавь меня от этого! — рявкает он.

Его взгляд перемещается на Дилана, пока сам губернатор подходит ближе к столу, который всё еще служит нам хоть какой-то баррикадой.

— Это всё твоя вина, — бросает он обвинение Дилану, тыча пальцем ему в грудь, из-за чего я еще сильнее загораживаю парня собой.

— Его вины здесь нет ни капли, — мой тон звучит жестко и непреклонно. — Мы оба прекрасно знаем, что мы с Корой были всего лишь пешками в шахматной партии, которую вы разыгрывали вместе с моим отцом. И ей, и мне давно пора делать собственный выбор.

Мартин демонстративно прокручивает вычурное золотое кольцо на мизинце, переводя взгляд с меня на Дилана и обратно.

— Ну, в этот раз ты определенно сделал свой выбор, не так ли?

Я нащупываю за спиной руку Дилана, переплетаю наши пальцы и прижимаю его ладонь к своей груди. Но я молчу.

Потому что как я могу объяснить ему, что любовь к Дилану Райдеру никогда не была осознанным «выбором»? С самой первой секунды, как я его увидел, во мне произошло изменение на каком-то клеточном уровне. Сама моя ДНК перестроилась, отказываясь принимать тот факт, что я могу быть лучшей версией себя без него. Да, его внешность зацепила меня, но это было так, словно его душа дотянулась до моей и заставила её проснуться. Я даже не осознавал, что сидел в кромешной тьме, пока он не включил свет.

Голос Мартина возвращает меня в реальность:

— Что ж, учитывая нынешние обстоятельства, я считаю, что мне лучше забрать свой инвестиционный портфель, как и все остальные финансовые активы, и перевести их в другое место.

— Кстати, о вашем портфеле, — подхватываю я, беря со стола папку. — Не хотите объяснить, с какой целью вы активно скупали недвижимость в южной части города? Конкретно — участки на той самой улице, где находится «Райдер Автомотив». Как новоиспеченный владелец бизнеса, вы ведь наверняка слышали о недавнем случае, когда человека насмерть сбила машина?

Краска мгновенно сходит с его лица, оставляя его землисто-серым.

— Я не понимаю, на что ты тут намекаешь, Джейкоб, но я не обязан перед тобой отчитываться.

— И вам не кажется странным совпадением, что эти мастерские начали подвергаться налетам вандалов ровно восемь месяцев назад — как раз тогда, когда вы внезапно заинтересовались этой недвижимостью?

— Я бы назвал это коммерческой осведомленностью, — парирует он. — Тебе ли, как инвестору, не знать, что нужно анализировать отчеты, отслеживать информацию и быть готовым действовать, когда подворачивается удачный момент. Обстоятельства трагичны, но все мои сделки абсолютно законны и прозрачны.

— Или, — гну я свою линию, — у вас на зарплате сидят люди, выполняющие за вас всю грязную работу? Они искусственно сбивают стоимость недвижимости, чтобы вы могли прийти, сделать предложение и выглядеть благодетелем, хотя на самом деле именно вы — причина того, что эти люди лишились всего.

Я сам не понимаю, что на меня нашло. Если я ошибаюсь, то прямо сейчас рою себе могилу такой глубины, из которой мне никогда не выбраться, и потенциально хороню вместе с собой Дилана.

— Следи за языком, Джейкоб. Моя дочь, может, и стерпит твою чушь, но я не стану. Мне жаль, что я плохо её воспитал, но прежде чем обвинять меня в нарушении закона, тебе не мешало бы вспомнить, кто управляет не только этим городом, но и всем этим гребаным штатом.

Я чувствую, как Дилан слегка сжимает мою руку. Немая просьба отступить.

— Разумеется, господин губернатор. — Если он надеялся, что этой угрозы будет достаточно, чтобы сломать меня, то он жестко просчитался. Пока Дилан рядом, меня ничто не сломает.