Если мое имя сейчас всплывет хоть в каком-то полицейском отчете, местные новости тут же ухватятся за это, пытаясь раздуть скандал. На носу год выборов, а Кора, по совместительству, дочь губернатора. Мои связи с ней — как и статус одного из самых богатых жителей города — гарантируют мне как раз такую популярность, при которой приходится следить за каждым своим шагом.

Мистер Эротические Мечты с татуировками протягивает мне свой телефон:

— Держи, вбей свои контакты. Я вернусь в мастерскую, сверюсь с графиком и напишу, когда пригонять тачку.

Господи, хоть бы он не заметил, как у меня дрожат руки. Джейкоб Эллингтон, соберись, тряпка несчастная. Мысленный затрещина не помогает: даже просто держать его телефон кажется чем-то сакральным лишь потому, что эта вещь принадлежит ему. Корпус еще сохранил тепло его кармана, и, честное слово, я никогда раньше не замечал подобных нюансов у неодушевленных предметов.

Я наспех вбиваю свои данные и возвращаю трубку. По идее, надо бы взять и его номер, но не хочется действовать слишком очевидно — к тому же он только что назвал мне фирму, так что я знаю, где его искать. Он убирает телефон в передний карман джинсов и поворачивается ко мне:

— У тебя есть минутка? Хочу просто убедиться, что резина не будет тереться об арку при езде.

— Да, конечно. Я не тороплюсь. — Прости, Кора.

Не успеваю я опомниться, как он уже ложится на асфальт, заглядывая под мою машину. Он поднимает руки, прощупывая что-то внутри, и я чуть не сглатываю собственный чертов язык, когда его футболка задирается. Взору открывается резинка боксеров и узкая полоска гладкой загорелой кожи. Клянусь богом, если у него на боку окажется татуировка, я просто отрублюсь прямо здесь.

Он хлопает по крылу и вылезает из-под машины.

— Вроде порядок, но в дальние поездки я бы на ней пока не совался. — Поднявшись, он вытирает ладони о джинсы и смотрит на меня: — У тебя ведь есть на чем поездить, пока я буду шаманить над этой?

Прежде чем я успеваю ответить, мой телефон разражается звонком, и на экране высвечивается имя отца.

— Секунду, ладно? Мне нужно ответить. — Я провожу по экрану, принимая вызов, после того как парень коротко кивает. — Отец, — приветствую я его. — М-хм. — Пауза. — Нет, я сам с ним поговорю. — Пауза. — Я сказал, что улажу это. — Пауза. — Там три часа ночи. — Пауза. — Мне плевать, что он в Японии. Я-то нет. — Пауза. — Ладно.

Я зло обрываю звонок и возвращаю внимание к стоящему передо мной мужчине. Благодаря любезному общению со Стивом Эллингтоном, мои прежние бабочки в животе сменились роем разъяренных шершней.

— Всё нормально? — спрашивает он, вежливо поддерживая разговор, поскольку мое настроение испортилось слишком очевидно.

— Просто рабочие моменты, — ворчу я.

Он усмехается и чешет шею:

— Ага, знаю, как это бывает.

Наконец-то вернув себе способность соображать верхней головой — разговор с отцом подействовал как ведро ледяной воды ниже пояса, — я спрашиваю, как его зовут.

— Ах да, точно. Дилан Райдер. — Он протягивает руку для рукопожатия. Крепко сжимая его ладонь, я изо всех сил стараюсь не смотреть ему в глаза, боясь, что мои тонкие брюки снова предательски натянутся. Но это не помогает. Стоило нашим ладоням соприкоснуться, как меня словно ударило током от оголенного провода. Мозоли на его руках уносят мои мысли по таким восхитительно непристойным маршрутам, что мне требуются остатки ментальной стойкости, чтобы вернуть себя в реальность.

Надеюсь, моя заминка осталась незамеченной.

— Джейкоб Эллингтон.

Дилан смеется, и этот низкий, чувственный звук отдается прямо у меня в яйцах:

— Вау. С таким именем тебя точно с пеленок готовили к строгому костюму, да?

Я не удерживаюсь от смешка:

— Ты даже не представляешь насколько.

— Ну ладно, слушай, мне правда неловко за всё это. Я наберу тебя попозже или скину смс, скажу, когда подвозить тачку в сервис.

— Договорились. И это… мне тоже жаль. В следующий раз буду внимательнее следить за огнями заднего хода. И, пожалуй, напишу письмо в свою элитную школу, чтобы они добавили это в учебную программу.

Дилан искренне улыбается, коротко хмыкнув, а мой член продолжает наливаться тяжестью, пока я сажусь за руль.

Да, это был паршивый и эгоистичный поступок. Но жалею ли я о нем?

Ни капли.

 

Глава 2

 

Дилан

 

С тех пор как умерла наша мама, мы с моей сестрой-близняшкой Кэсси поставили себе цель — сделать так, чтобы у отца больше ничего и никогда не отняли. Но нападки вандалов становятся всё чаще, и это заставляет меня серьезно переживать за будущее нашей мастерской.

Мой отец-европеец женился на иммигрантке из Мексики в те времена, когда это, мягко говоря, не приветствовалось. Вместо того чтобы объединить две общины, мы оказались отвергнуты обеими. И всё же нам удалось отыскать свой маленький уголок в этом мире, где люди были слишком заняты элементарным выживанием, чтобы совать нос в чужие дела и разглядывать, что происходит в нашем доме.

Так было до недавнего времени.