Глядя на татуировку сейчас, я шепотом даю обещание и покойной матери, и живому отцу, которые всегда хотели для меня только счастья, безопасности и любви.

— Я попробую.

Похоже, я начну выполнять это обещание, заводя новых друзей. Боже, я надеюсь, что они не будут отстойными.

Я натягиваю очередную футболку с логотипом Beautiful Deceit, хватаю сумку и иду в мастерскую. Каким-то образом Кэсси и отец уже здесь — без сомнения, хотят поприсутствовать при моих ненужных проводах.

Джейк подъезжает ровно в девять, и — сердце, замирает — его Корвет просто чертовски великолепен. Черный, обтекаемый, сверкающий так, будто только что с мойки. Я прижимаю кулак ко рту, пытаясь сдержать стон восхищения, который становится еще труднее скрыть, когда Джейк выходит из машины.

С каких это пор белые футболки с V-образным вырезом стали так на меня действовать? Видимо, с той секунды, как я увидел в одной из них Джейкоба Эллингтона. Короткие серые плавательные шорты подчеркивают его квадрицепсы, заставляя меня мгновенно поблагодарить Бога за нынешние тренды в мужской моде.

Он определенно выглядит самым расслабленным, каким я его когда-либо видел. Джейк никогда не сутулится — вероятно, издержки воспитания, — но сейчас, когда на нем нет костюма, скрывающего мускулистую фигуру, я не могу оторвать глаз от его груди и плеч. Футболка не заправлена и сидит свободно на животе, но при движении она натягивается на прессе, делая кубики отчетливыми сквозь ткань.

Сам того не зная, он собирается держать меня в моем персональном аду весь день.

Когда я наконец перевожу взгляд на его лицо, он мягко улыбается, а глаза скрыты за черными очками. Он шагает ко мне, протягивая руку. Думая, что мы просто официально обменяемся рукопожатием, как обычно, я готов пожать ладонь и отпустить. Я не готов к тому, что он притянет меня к себе, столкнув наши грудные клетки, и похлопает по спине.

— Привет, Дилан.

Мне конец.

Я тяжело сглатываю.

— Э-э, привет, Джейк.

Он издает легкий смешок, будто у него нет ни одной заботы в мире. А может, так и есть.

— Мне загнать Джони назад?

— Джони? — переспрашиваю я в замешательстве.

— Ага, машину. Ее зовут Джоан Джетт, но быстрее просто звать ее Джоан или Джони.

— Ты даешь имена своим машинам?

Он смотрит на меня так, будто я спросил, нужен ли ему воздух для дыхания.

— А разве не все так делают?

Кажется, я только что влюбился в Джейкоба Эллингтона.

Мне требуется слишком много времени, чтобы вернуть дар речи. Очень круто, Дилан. Соберись, пока ты все окончательно не запорол.

— Ну, в смысле, так делают те, у кого есть хоть какое-то уважение к технике, которой они управляют, — смеюсь я, стараясь подстроиться под эту новую, беззаботную версию человека перед собой.

Он запрыгивает обратно в водительское кресло, все еще с улыбкой, и я завороженно наблюдаю за тем, как перекатываются мышцы на его правом плече, когда он включает заднюю передачу.

Кэсси выбирает именно этот момент, чтобы выйти на улицу с ехидной ухмылкой, всем своим видом говоря, что она наблюдала за всей нашей сценой.

— Серьезно, если ты его не трахнешь, это сделаю я. Ты видел бицепсы этого парня? Кто бы, мог подумать?

— Кэсс, — стону я, хотя она озвучивает ровно мои мысли. — У него есть девушка, или жена, или кто-то там. Она приезжала с ним, когда он оставлял Мазерати.

— Кольца на пальце я что-то не вижу, — подмигивает она.

— Я тебя люблю, но тебе пора валить, — говорю я ей, выпроваживая обратно в здание. — Проследи, чтобы отец закончил к полудню. Вернусь — приготовлю ужин.

— Дил, мы не хотим тебя видеть до завтрашнего утра, — заявляет Кэсси, хватая меня за плечи.

— И ужин мы сами себе сообразим. Понял? — раздается голос отца, от которого я едва не подпрыгиваю, потому что без понятия, откуда он, черт возьми, взялся.

Я провожу ладонью по лицу, даже не пытаясь скрыть улыбку.

— Вам двоим нужно своей личной жизнью заняться, — с любовью говорю я им.

— Тебе тоже, — парирует сестра. — Так что иди и занимайся. — Она хлопает меня ладонью по заднице. Как ни странно, это не выглядит дико, потому что она — это я, только в другом теле, но я не представляю, чтобы я позволил какому-то другому родственнику шлепнуть меня по заднице. Я еще смеюсь над Кэсси, когда из-за угла здания выходит Джейк.

— Ну вот, она в полной сохранности, — говорит он, протягивая ключи моему отцу. — Я оставлю их вам, если вы не против?

Отец кивает:

— Я обязательно загоню ее в бокс вечером, когда будем уходить.

— Сэр, я не жду какого-то особого отношения.

— Зови меня Чарли. И как по мне, после того как ты вытащил моего сына из беды и помог обезопасить нашу мастерскую, я задолжал тебе гораздо больше, чем просто место в гараже.

Джейк просто кивает, чувствуя, что спорить бесполезно. Подозреваю, он и сам рад, что сегодня на его Корвет никто не выльет банку краски.