Я не возражаю, детям нужен праздник. Они такие важные сидят на заднем сидении. Мы едем в кафе как семья. Смотрю на Максима, и чувствую, что любовь моя просыпается вновь. Я засунула ее очень далеко в душе, в самый тайный уголок.

Но несколько раз замечала за собой, что скучаю по тому лету, которое провела с Максом. У нас была невероятная любовь. И резко закончилась. Как топором по шее. На!

Вчера еще гуляли, целовались под луной, занимались любовью. А утром Макс стал чужим мужем. Я долго поверить не могла, жила как во сне. Говорили есть – я ела. Говорили спать – спала. Дети меня к жизни вернули. Когда узнала, что беременна, будто второе дыхание появилось. Смысл жизни появился.

И вот Чудинов снова явился, чтобы отнять у меня смысл жизни. Мальчишки игнорят меня, когда рядом их папашка. Мама не нужна. Вот и сейчас, выскочили из машины, схватили Макса за обе руки и потащили туда, откуда доносилась музыка и смех. А я занялась гостями.

В кафе было просторно. Стол буквой «П», ломится от блюд, остальная часть зала оборудована для игр и танцев. Во дворе кафе стоит огромный батут с многочисленными горками и лесенками. Аниматоров толпа, сказочные и мультяшные герои сразу начинают развлекать малышню.

Мои сыновья скачут от восторга. А меня обида душит, едва дышу. Присаживаюсь за стол, с самого края, стараясь быть незаметной. Мысль – может уйти? Никто и не заметит. Даже мама занята, влилась в хоровод.

Посидев несколько минут, я иду к двери. Я лишняя, и это так гнетет. Куда мне соревноваться с самоуверенным богатым папашкой. Я хочу домой.

— А теперь будем дарить именинникам подарки! – вопит ярко−оранжевый клоун. – А потом будем пировать и веселиться! Итак, шикарные авто от папы и мамы!

Задерживаюсь. Стало любопытно, что там за шикарные авто. В зал въезжают два детских джипа, украшенные синими бантами. Рулят ими карлики, ростом с пятилетних детей.

— Ура−ура−ура−а−а−а! – беснуются мои мальчишки, забираясь на сиденье. Карлики устраиваются рядом, показывая, как рулить.

Да уж, подарочки. Им даже нет места в нашей квартире. А я и вовсе без подарка. Не тащить же рыбок в кафе. Да и… рыбки против шикарных авто проигрывают в тысячи раз. Макс снова врезал мне по носу своим социальным кругом.

Глотая слезы, выхожу из кафе и бегу прочь. Он победил. Его родители предлагали мне деньги за детей, а я не отдала их. Ни за какие деньги. Теперь пришел сам Чудинов и купил самих мальчишек. За игрушки. Они с радостью продались ему. Несмышленыши…

— Стоять! – впереди меня внезапно вырастает Макс, врезаюсь в него. – Чего сбежала?

— Уйди с дороги, — толкаю его в грудь одной рукой. – Иди празднуй, ты своего добился. Забил меня под плинтус, радуйся.

— Поль, это праздник для всех, и для тебя тоже. Потом я уйду, раз прогоняешь. Хотя, вам безопаснее в моем доме. Там камеры везде, охрана.

— Ага, еще скажи, что в твоей семье безопаснее. С крокодилами в бассейне выжить легче. Я знаю, кто на меня напал.

— Кто? – Макс оттесняет меня к стене какого−то магазина, а потом берет за локоть и пытается к кафе увести. – Пойдем, поговорим.

— Я не хочу в кафе, — вырываю руку и морщусь от боли. – Я там лишняя. Вот скажи, куда твои подарки складывать будем? Выпендрился, тачки подарил… и торт наверное до потолка будет? А я как дура… рыбок детям подарила, и то с твоей карты оплатила. Свою дома забыла. Я тебе верну.

— Все сказала? – терпеливо ждет будущий депутат, засунув руки в карманы брюк. – Ты как маленькая обижаешься. Радоваться должна, что у твоих детей все есть. И у тебя все есть. Не надо жилы тянуть, чтобы выжить. Не надо копейки считать.

— И не надо думать, кто меня быстрее прибьет, твои родители или жена? На меня брат твоей жены напал. Я вычислила его, в инете прочитала, что у него мутация голоса.

— Его взяли уже, вчера вечером. Я тоже догадался, когда ты про голос следаку рассказала. Поль, давай ко мне поедем после кафе? Я тебе обещаю, что ни мои родители, ни бывшая жена не влезут в нашу жизнь. Тебе и детям безопаснее…

— Слышала уже. Значит, эти джипы ты мальчишкам купил, чтобы к себе переманить? Ведь в твоей квартире есть место, их хранить.

— И не только хранить, там ездить можно. И детская площадка на крыше оборудована. Если не переедите ко мне, то я буду требовать встреч с мальчишками. Там и покатаются.

— Да они меня замучают – поехали к папе! – кричу полушепотом. Потом отворачиваюсь. Прохожие оборачиваются.

— Пусть. Быстрее смиришься, — усмехается наглец. – Пойдем, у наших малышей праздник, не порть им веселье.

— Они и не заметили, что я ушла…

— Поля, ты такая еще девочка… стала мамой, но не повзрослела. Хватит обижаться, родная…