— Лучше спуститься и выяснить, чего он хочет, — делаю короткое заключение, — все равно я буду под присмотром охраны на пропускной, так что волноваться за меня не стоит.

— А по-моему лучше, чтобы он устроил здесь погром и его в обезьянник забрали. Где ему положенное место, — выдыхает Даша на эмоциях, — а я еще и суде ему это припомню, чтоб его вообще родительских прав лишили!!!

— Эй притормози, — слегка сбиваю воинствующий темп подруги, — может ему и правда есть, что сказать.

— Ой не думаю дорогая, что у вас выйдет конструктивный разговор.

Я и сама так не думаю. Но все же цветы и бесконечные звонки от Леши последние три недели наводят на мысль, что если хотя бы не об извинениях пойдет речь, то хотя бы о мирном расставании.

Молчаливо выхожу из кабинета и следую за Аллочкой к лифту.

Поездка занимает всего пару минут, и вот двери лифта открываются и в эту же секунду я встречаюсь взглядом со своим худшим кошмаром.

Кисляков сидит на кожаном диване в холле модного издательского дома и таранит меня взглядом.

Оглядываюсь. На всякий случай убедившись, что охрана не ушла на пересменку.

С моим мужем дела всегда могут пойти непредсказуемо.

Молча подхожу ближе, рассматривая мужчину с ног до головы.

Вероятно, из офиса ко мне ехал. Сейчас он при полном параде. Дорогой костюм, накрахмаленный воротник белоснежной рубашки и терпкие нотки благородного парфюма.

Главное, не думать о том, что раньше этот образ казался мне завораживающим, а теперь стал просто образом предателя.

Подхожу ближе, и едва собираюсь разинуть рот, как муж хватает меня за руку и рывком притягивает к себе до боли сжимая запястье.

— Какого хрена ты творишь?

Теперь расстояние между стремительно сокращается, и я чувствую обжигающее дыхание мужа на губах. Если он захочет причинить мне вред, я даже не успею вырваться.

— Я не понимаю, о чем ты, Кисляков?

— Мне пришла повестка явиться в суд! Ты подала на развод⁈

Ах, так он получил ее только сейчас…

Медленно выдыхаю и пытаюсь собраться с мыслями.

— Да. Я подала на развод.

— Это я уже понял! Не понимаю только, как тебе совести хватило! Я тебе и цветы слал, и звонил! Тебе мало было этих унижений⁈

Сжимает мою руку, оставляя на нее красный след.

— Пусти меня…

— Как ты могла так поступить после стольких лет⁈ — муж напрочь игнорирует мои просьбы.

— Леша, ты все сам прекрасно понимаешь. Я не прощу тебе измены и халатное отношение к браку.

Очередная ухмылка на его губах сменяется на агрессивный оскал.

— Как же ты эгоистка, — выплевывает разочарованно, — столько лет у меня на шее сидела, чтобы так просто соскочить. Нет…

Снова давит на запястье, заставив меня негромко охнуть от боли.

— Я не дам тебе так просто уйти. Не дам…

Считаю секунды, в надежде, что его агрессия пойдет на спад, и муж все-таки отпустит мое запястье.

Но страх в моих глазах только еще больше раздувает в нем огонь.

Как вдруг…

— У вас все в порядке? — раздается совсем рядом знакомый голос коллеги из отдела продаж.

— Да, у нас все шикарно. Иди куда шел, — шикает на него мой муж, по-прежнему сдавливая руку.

— Насть, точно все хорошо? — уточняет Сергей более напористо.

Молчу, в страхе глядя на животный взгляд мужа, который велит мне молчать.

— Я сказал, что все хорошо!

— Но я не у тебя спрашивал. Меня интересует мнение девушки.

Сергей делает внушительный шаг вперед, практически оттесняя Кислякова назад.

Этого хватает, чтобы муж от неожиданности отступил, дав мне возможностью освободиться от его хватки.

— Я лучше пойду, — шепчу, собираясь развернуться к лифту и сбежать, как Леша с яростным остервенением бросается в мою сторону.

— Я тебя никуда не отпускал.

Очередная попытка ухватить меня за руку заканчивается провалом.

Сергей отказывается куда проворнее Леши, успев загородить меня от его массивной туши.

— Она не твоя собственность. Если хочет уйти, пусть идет, — голос Сергея звучит уверено, как сталь, и я не на секунду не сомневаюсь, что это выведет Кислякова из себя окончательно.

— А ты тут че, самый умный? В героя решил поиграть?

— Не самый. Но девушку оставь в покое.

Лешу пробирает на смех.

Это плохо. Очень плохо.