Тем временем его пальцы кружат по животу, заставляя меня трепетать еще больше. А затем он накрывает ладонями мою грудь. И по-моему, сам дуреет – как будто впервые сжимает, мнет, оглаживает, ненароком задевая отвердевшие соски, которые сейчас настолько чувствительны, что от каждого такого прикосновения по телу разбегаются электрические разряды. И он, конечно, это сразу улавливает и переключает внимание на них: перекатывает как горошины между подушечками пальцев, обводит по контуру, потирает, слегка оттягивает.

А я прикусываю нижнюю губу, чтобы не издать какой-нибудь пошлый стон. Не знаю, почему, но мне стыдно этой своей слабости. Стыдно, что я так быстро завелась. И хочется скрыть возбуждение, которое горячо и требовательно пульсирует внизу живота.

Однако меня выдает учащенное дыхание. Впрочем, Артём и сам дышит тяжело, рвано. Да и мне в ягодицы весьма ощутимо упирается его член. Замечаю, что уже, оказывается, отставила чайник и стою, крепко вцепившись обеими руками в столешницу. А он, продолжая одной рукой ласкать грудь, второй пробирается под резинку шорт, под тонкую ткань трусиков.

Я, скорее, по привычке, пытаюсь уйти от его нахальных пальцев и выгибаюсь, но получается, что лишь теснее прижимаюсь к его паху. И он, похоже, расценивает это как призыв. И тотчас отзывается хриплым прерывистым вздохом, а его движения становятся напористее и нетерпеливее. Вместо поглаживаний он запускает в меня пальцы, и мои ноги сразу подкашиваются в коленках, а низ живота сводит сладким и мучительным спазмом. Как это неправильно, но сил нет его остановить.

А в следующую секунду Артем разворачивает меня лицом к себе и впивается в губы. Целует жадно, быстро, тут же задыхается. И я задыхаюсь. Отрываясь на миг, он окидывает меня ошалевшим, расфокусированным взглядом. Шепчет хрипло:

– Я тебя… я так тебя хочу…

Я это и сама вижу – полотенце на нем еще кое-как держится, но вздыблено колом. А еще вижу, что он готов наброситься на меня прямо тут и сейчас. И увожу его в спальню, не думая больше ни о чем.

* * *

Спустя время я потихоньку прихожу в себя. Дыхание все еще сбившееся, и только что пережитое удовольствие до сих пор растекается по венам сладкой истомой. А тело всё в ожогах от его поцелуев и прикосновений. Но я хотя бы уже что-то соображаю. Во всяком случае, отдаю себе отчет, что несколько минут назад занималась сексом со своим студентом. Делала то, что нельзя, то, о чем не так давно страшно жалела, то, что сама себе обещала никогда больше не делать. И тем не менее сделала. Даже дважды.

Потому что первый раз вышел скоропалительный, хоть Артем и останавливался пару раз в процессе, с трудом выдавливая: «Я сейчас кончу», но остановки ему не сильно помогли.

Мне не хватило совсем чуть-чуть, когда он толкнулся в очередной раз и вдруг замер, запрокинув голову назад.

Тело его прошила короткая судорога, дыхание на миг затихло, затем вырвалось сдавленным, протяжным и тихим полустоном-полушепотом. И мне вдруг послышалось «я тебя люблю». Слишком невнятное, тихое, быстрое. И слишком невероятное. Просто показалось. Просто звуки так причудливо переплелись. Да и момент был такой… на острие – что угодно прислышится.

Разгоряченный Артём затем опустился, придавив собой. Уткнулся лицом в мои волосы над ухом. Сквозь сбившиеся дыхание прошептал:

– Какой же кайф… Блин… прости… Просто у меня давно не было…

Всё ещё тяжело дыша, поцеловал в висок, в уголок рта, в подбородок. Сполз ниже, оставляя жгучие следы на шее, груди, животе, на внутренней стороне бедер.

Я, вдруг смутившись, попыталась свести ноги, но он не дал. А в следующий миг принялся ласкать там… губами, языком… и в считанные секунды довел меня до оргазма, такого яркого и острого, что казалось, я ослепла, оглохла и вообще отлетела в астрал. А потом не успела ещё толком прийти в себя, как Артём решил взять реванш.

Что ж, у него получилось…

И сейчас мы с ним обессиленные оба настолько, что даже до душа дойти лень. Примостившись затылком у него на груди, я лежу и чувствую, как она вздымается при каждом вздохе, но уже все тише и тише. Я тоже успокаиваюсь.

Артём ласково перебирает мои волосы, накручивает на палец и распускает, затем снова накручивает.

Завтра, скорее всего, я опять буду сокрушаться и корить себя, но сейчас мне хорошо. Сейчас я почти счастлива.

И словно подслушав мои мысли, Артём вдруг говорит:

– Знаешь, я бы сейчас даже умер запросто.

– Зачем?

– Не зачем, а отчего.

– И отчего же?

– От счастья, конечно. Правда. Мне так кайфово никогда не было. И лучше, чем сейчас, уже не будет.

– Не торопись умирать. Может, будет, – улыбаюсь я.

Ответить он не успевает. Из глубины квартиры внезапно раздается телефонный звонок. Артем чертыхается себе под нос и встает с кровати.

– Блин, надо было отключить…

Голый он совершенно беззастенчиво шлепает в прихожую. Телефон, видимо, у него в куртке. Пользуясь тем, что он вышел, я тоже поднимаюсь и убегаю в ванную. Увы, я не он, мне стыдно щеголять без всего. И даже так иду, прикрываясь руками.