Посмотрела на Марата. Очень симпатичный, физически просто красавчик. Одет довольно дорого, в чём-в чём, а в мужском гардеробе я знала цену вещам. Всё зависело от качества ткани и от бренда. У Марата в одежде было и то и другое. Не настолько помпезно недосягаемое, как у Ольшанского, но мужчина явно занимался своим имиджем. Вслух только пролепетала:

– Марат, я не люблю быть обязана.

– Если тебе не повезло однажды обжечься об одного мужчину, не значит, что все такие.– Марат плавно выворачивал руль, я вздохнула.

– Оля, ты говорила, малышу твоему сколько?

– Четыре. Почему спрашиваешь?

– Потому что мне надо найти детское кресло в машину, чтоб вас обратно везти.

– Марат, что ты, спасибо большое. Нас обратно везти не надо. Я вызову такси в комплектации с детским креслом. Спасибо тебе.

Мужчина покачал головой:

– Ну вот что. Давай, я сам решу, как твой физиотерапевт, как и когда тебе можно будет подниматься на третий этаж с ребёнком. Сегодня ещё рано.

Я смотрела в окно.

– Оль, я так и не понял, ты кто по профессии?

– Переводчик. Но не учитель.

– Серьёзно? Ты можешь делать курсовые, или как там называется, толком и не знаю. У меня сестрица учится на втором курсе романо-германской филологии. Они там с ног сбились, ищут кто им поможет с иностранным. Можно, твой телефон дам?

– Дай, – я кивнула.

– Давай, обменяемся номерами?

Для меня это был бы сказочный выход. Не выходя из дома работа онлайн и Мишенька на глазах. Конечно, придётся перелопатить тонну литературы для такой ответственности. Другое дело, что сама работа стоит копейки, и студенты часто не платят, просят в долг, а потом забывают… Ну, на первое время хоть такую работу. Благодарно взглянула на Марата.

– Чувствую, работы у тебя будет не перелопатить. – Марат потрепал меня по руке, а я задохнулась от радости.

Глава 15

Подъезжали к дому Ольшанского по давно не езженной дороге. За пять лет здесь многое изменилось. Новые ландшафты дорогого посёлка, новые заборы. Смотрела на позабытую улицу, досада заволакивала сердце: когда то я была здесь счастлива. Зачем, почему в голову лезли эти ненужные воспоминания, я вообще-то в себе мазохизма не замечала. А мысли всё лезли и лезли, наворачивая свой горький клубок воспоминаний. Вспомнилось всё: как уходила отсюда, как рыдала.

Чёрт, встряхнула головой. Хватит! Сколько можно хоронить саму себя в этой боли.

– Приехали! – кажется, я это сказала вслух. Марат взглянул на меня:

– Оля, может быть мне всё же пойти с тобой?

– Спасибо, Марат. Ты поезжай, дальше я сама.

– Я не повторяю дважды. Сказал же, что дождусь. Только заеду в одно место и вернусь.

Марат подал мне ходунки, Спросил где мой телефон, уехал. Я проводила его глазами, обернулась к дому Ольшанского. Смотрела на кованые ворота вытаращив глаза. Когда то это были мои ворота. Я входила сюда счастливой невестой в белой фате, а потом бежала прочь с Мишкой под сердцем, преданной мужчиной и обещавшей его адвокату, что никогда не попрошу помощи у этого предателя. Как всё банально. Я планировала никогда, на за какие пряники не подходить к этим воротам.

Даже проезжая по этой части города рисовала объездные петли, чтоб быть подальше от этого кованного совершенства с литыми буквами в переплёте вензеля из заглавных букв наших имён “ Р” и “О”. Роман прикрепил этот вензель в день нашей свадьбы. Это что же за такая любовь у нас была, что брак и года не продержался.

Впрочем,у нас всё было не как у людей. Скоротечное знакомство, стремительная свадьба, безумно-страстные ночи, холодный быт отрегулированный деньгами и прислугой и совершенно невменяемый развод. Метеорит, сгоревший за полгода в бесконечной вселенной, где не нашлось места нашему браку.

Правильно говорят, “никогда не говори никогда”. Судьба распорядилась по своему, прижала хорошенько меня не спрашивая и вуаля– я нищенкой пришла к бывшему мужу забрать собственного ребёнка. Теперь вот стояла перед теми самыми воротами, захлопнувшиеся за мной после развода.

И я таки попросила помощи!

Стояла как баран перед воротами, всё не решаясь нажать на звонок. Я откровенно трусила. Боялась не справиться с волнением, если всё же решусь познакомить отца и сына.

Как то всё сложится…

К воротам выскочил молодой человек из охраны, я его не знала, да и он не знал меня в лицо. Раньше охрана наперегонки открывала мне ворота. А этот новенький не торопясь, чуть ли не позёвывая, лениво спросил:

– Кто вы и по какому делу.

– Я Волкова. По личному делу.

Вихрастый холуй стал надменно просматривать что то в планшете, совершенно не обращая внимания, что я опираюсь на ходунки. Наверное, ему в голову не пришло, что к Ольшанскому может прийти недочеловек на костылях. В его тупой голове не складывалось, что мне тяжело, что перед ним человек и не надо показывать превосходство, если ты крепко стоишь на ногах, а перед тобой полукалека.