Один из них опустил голову.
— Сегодня Елизавета Родионовна с хозяйкой поехали с детьми гулять
Мы ехали на трех машинах, они были в средней. Мы вчетвером сопровождали их. Когда мы проезжали улицу Ленина, случилось непредвиденное. Нападвших было много, они окружили нас, действуя согласно тщательно продуманному плану. Воспользовавшись ситуацией, они хотели увести Елизавету Родионовну. Мы помешали этому, но не заметили, как они схватили хозяйку. Ради безопасности хозяйки Елизавета Родионовна согласилась поехать с ними, но они не отпустили Светлану… Они уехали с места происшествия. Мы с Сашей поехали за ними. Машина похитителей попала в аварию. Когда мы прибежали на помощь, хозяйка была без сознания, а Елизавета Родионовна…
Охранник опустил голову еще ниже. Когда они вытаскивали Елизавету Родионовну из машины, женщина вся была в крови. Спина была разбита, она почти не дышала…
Дмитрий, прищурившись, смотрел на него. Его до того расслабленное лицо позеленело, ненормально напряглось. Мужчина как будто взбесился. Он задыхался, в его глазах мелькали огненные вспышки. Он бросил острый взгляд на охранника:
— Говори!
Охранник невольно вздрогнул.
В этот момент зеленая лампочка на двери в операционную вдруг загорелась красным. Дверь быстро открылась, вышел одетый в голубой операционный халат врач. Он снял маску и поклонился ожидавшим его родственникам.
— Очень жаль, мы сделали все, что было в наших силах. Когда больную привезли к нам, она почти не дышала. Мы провели мероприятия по реанимации сердца, но не смогли вернуть ее к жизни. Состояние больной было слишком тяжелым. Примите мои соболезнования.
Услышав слова врача, только что подошедший к операционной Илья Никитич покачнулся. Если бы Вениамин не поддержал мужчину, тот бы упал.
Паша обхватил ногу Дмитрия и тихо всхлипывал. Его плечи постоянно поднимались, все тело дрожало, не переставая. Он понял слова врача. И поэтому так переживал.
Дмитрий весь сжался. Он даже забыл о сыне, державшемся за его ногу. Мужчина стрелой подбежал к врачу и схватил его за воротник. Его глаза налились кровью:
— Повторите, что вы только что сказали!
Итон поймал чуть было не упавшего на пол Пашу и передал его гувернантке. Он подошел к Дмитрию, пытаясь его уговорить:
— Дима, успокойся.
Врач побледнел от страха. Он принял спокойный вид. Каждый раз, когда ему приходилось сообщать о смерти, он имел дело с потерявшими контроль родственниками.
— Мы сделали все, что могли. — Заставил себя сказать врач.
Дмитрий схватил врача за руку и не отпускал. Он сжимал ее все крепче, на руках вздулись вены. На глазах проступили красные жилки.
— Приказываю вам, спасите ее!
— Успокойся, ты напугаешь Машу. Сейчас мы должны выяснить, кто это сделал. — Итон схватил его за руку.
Он медленно отвел взгляд.
Итон продолжал увещевать Дмитрия:
— Что толку, если ты убьешь врача?
— Папа. — Маша крепко обняла Дмитрия за шею, тихонько плача. — Я боюсь, папа, не надо сердиться.
Дмитрий закрыл глаза. Его подбородок был сжат, мужчина казался ледяным.
— Папа. — Раздался слабый хриплый голосок, он дрожал. Ее личико прикасалось к шее Дмитрия. — Я боюсь.
Не говоря ни слова, он медленно разжал руку. Дмитрий похлопал дочь по спине.
— Не бойся.
Итон велел врачу быстрее уходить. Он попробовал оторвать Машу от Дмитрия.
— Нам нужно многое сделать, я отправлю кого-нибудь отвезти детей. Охранники и Екатерина Алексеевна за ними присмотрят.
Маша не хотела отпускать руку, ей был нужен отец.
— Машенька, у папы дела. Когда он закончит, сразу приедет к тебе.
Глаза и нос Маши покраснели от слез. Она охрипла.
— Папа, ты скоро приедешь ко мне? — Говоря, она постоянно всхлипывала.
Дмитрий прохрипел:
— Я приеду.
Услышав слова отца, Маша разжала руки. Итон взял ее и передал охраннику. Он сурово наказал ему:
— Присмотри за ней!
Раз случилось такое дело, охранник понял свою ответственность:
— Слушаюсь.
Детей отправили домой, под опеку гувернантки. Итон не успокоился. Он позвонил Стасу, чтобы тот приехал и присмотрел за ними. Он не рассказал всего по телефону, лишь кратко описав ситуацию.
— Я беспокоюсь, присмотри за ними.
Когда Стас согласился, Итон повесил трубку.
Елизавету Родионовну не отвезли в морг, а поместили на время в палате. Тело было накрыто белой простыней. Илья Никитич почти стоял на коленях рядом с койкой, сжимая ледяную руку. Он думал, что сможет согреть это холодное тело. Из его глаз тихо лились слезы.