Она понимала, что он всего лишь ни о чем не знал, ведь он ни за что не оставил бы ее в беде. Это и было одной из причин, почему она согласилась прийти на встречу с ним.

— Я пришла сюда сказать тебе о том, что мы расстаёмся. К тому же, ты видишь сам, я полюбила другого. Он лучше тебя, намного успешнее, а важнее всего — он относится ко мне с необычайной заботой, в отличии от тебя. Я даже нигде не могла найти тебя, когда мне нужна была твоя помощь. А теперь ты еще придумываешь себе какие-то оправдания, — своими словами она сильно ранила Афанасия, но и сама ощущала глубокие страдания. — Уходим, — обратилась она к Илье, крепко обняв его.

Илья посмотрел ей в лицо пару секунд. Он почувствовал бурю эмоций в ее душе, потому что она снова дрожала всем телом.

— Тебе нужна моя помощь? — шёпотом спросил он.

Елизавета подняла на него глаза, не понимая, что он имеет в виду.

— Ты хочешь, чтобы он навсегда выкинул тебя из головы? Я могу тебе в этом помочь, — произнес Илья, понимая, в чем кроется причина ее бессердечных слов.

— Хорошо, — кивнула Елизавета в ответ, задержав на нем взгляд на несколько секунд.

— Лиза…, — догнал их Афанасий. — Прости…

— Ей не нужны твои извинения, — произнес Илья с суровым видом. — Она ждёт от меня ребенка. Мы поженимся, как только она родит. Прошу, в дальнейшем оставь ее в покое, иначе я не стану с тобой церемониться, — предостерёг он Афанасия.

Слова Ильи потрясли его, словно удар грома среди ясного неба. Он стоял с округлившимися глазами и не мог вымолвить ни слова, отказываясь верить в услышанное. Елизавета всегда была такой сдержанной. Разве могла она забеременеть до свадьбы? Это просто невозможно, думал про себя Афанасий.

— Он сказал тебе правду.

Отпусти меня и впредь не пытайся искать со мной встречи. Мне будет тошно от тебя, — опустив голову, произнесла Елизавета.

В тот момент ей показалось, словно у нее только что разбилось сердце, однако лицо выглядело невозмутимым.

— Ты меня обманываешь, — начал медленно отступать назад Афанасий. — Ты… ты…, — он словно не узнавал ее и смотрел на нее таким взглядом, будто впервые видит.

Как она могла стать такой бесчувственной?

— Прошу, заберите меня отсюда, — начала умолять Елизавета, наклонившись к Илье.

Она боялась, что если останется хотя бы еще на пару мгновений, то непременно расплачется на виду у Афанасия и выдаст свои настоящие эмоции.

Взяв ее покрепче, Илья понес ее на руках в сторону автомобиля. Глядя им в след, Афанасий стоял, как вкопанный. Он чувствовал, что перед ним только что рухнул весь его мир.

Вениамин тяжело вздохнул, словно все понял без слов. Затем он подошёл к Афанасию и утешительно похлопал его по плечу.

— Поехали. Ты и сам все видел…

Однако Афанасий передернул плечами и оттолкнул от себя Вениамина.

— Ведь ты ее брат, почему ты позволил ей взять на себя такую тяжелую ношу?

Лицо Вениамина на мгновение исказилось. Афанасий был прав. Если бы он самостоятельно решил все свои проблемы, то сейчас сестра не оказалась бы в таком положении.

— Я ни на что не гожусь. И ты такой же. Не смог уберечь человека, который о тебе заботился, — сказав это, Вениамин отвернулся и пошёл прочь, больше не желая задерживаться там ни на минуту.

Когда Илья собирался посадить Елизавету в машину, вдруг раздался истерический крик Афанасия.

— Ты любила меня?

Любит? Сказать нет, значит обмануть человека. Она любила Афанасия, сильно любила. Однако, в данный момент, она не могла признаться в этом, потому решительно и бесчеловечно произнесла:

— Я никогда не любила тебя.

В тот же момент потекли с трудом сдерживаемые слёзы. Послышались раскаты отдалённого грома, небо клокотало и освещалось вспышками молний. Ноги Афанасия подогнулись от накатившей слабости, и он упал, держался изо всех сил, хотел только лишь увидеться с ней, а эта встреча стала невыносимее смерти. Лежал без сознания, только лишь с трудом дышал… Недалеко отошедшая Елизавета вернулась обратно, приподняла его голову, с силой похлопала по лицу, ущипнула за подносовой желобок и сказала:

— Афанасий, очнись…

Илья ещё не ушёл, взглянул на Елизавету и спросил:

— Присмотришь?

Слёзы Елизаветы были похожи на жемчужное ожерелье, стекали и падали одна за одной.

— Пойдём отсюда, - она отрицательно покачала головой.

Раз уж приняла решение, нечего тянуть кота за хвост, друг другу только больнее будет.

— Уверенна? — Илья умышленно вновь переспросил, испытывая насколько непоколебима её решимость.