Затем медсестра помогла дойти ей до уборной и, закрыв дверь, осталась ждать снаружи. Спустя некоторое время она постучала в дверь и поинтересовалась, все ли в порядке, а затем, дождавшись, когда Елизавета закончит, открыла дверь и помогла ей вернуться в постель. Затем Елизавета попросила принести ее верхнюю одежду.

— В вашем состоянии вам еще запрещено выходить, — строго ответила медсестра.

— Мне нужно совсем немного времени. Я выйду не надолго и сразу же вернусь обратно. К тому же, меня будут сопровождать, — произнесла Елизавета.

— Но сейчас вы…

— Все будет в порядке. Я хорошо знаю свое тело и, в случае чего, сразу же пойму, что со мной что-то не так. Тем более, я вернусь обратно очень быстро, — перебила она медсестру.

Елизавета уже получила разрешение от Ильи. Если и медсестра согласится, то она сможет выйти.

— Вам нельзя много ходить, если хотите сохранить жизнь этого ребенка, — внезапно ответила она Елизавете, а затем перевела взгляд на Илью, удивляясь его спокойствию. — Разве вы не супруги? Значит, понесете свою жену на руках, — предупредительным голосом произнесла медсестра.

Услышав это, Елизавета тут же покраснела и собиралась начать объяснять ей истинное положение вещей, однако ее перебил Илья.

— Да, я возьму тебя на руки, — сказал он.

— Но…

— Никаких «но»! – обратилась к Елизавете медсестра. — Ребенок сможет благополучно появиться на свет, если только вы оба будете действовать сообща и вместе о нем заботиться.

Медсестра с удивлением смотрела на них. Она никак не могла понять, от чего девушка так стесняется собственного мужа, ведь они уже ждут ребенка.

— У меня нет выбора, я думаю лишь о твоём здоровье, — спокойным голосом произнес Илья, осторожно поднимая ее, взяв за талию.

Елизавета не знала, куда убрать собственные руки, поэтому Илья сам положил их к себе на плечи.

— Не забывай, теперь мы - супруги, поэтому должны вести себя соответствующе, иначе поползут неприятные слухи.

Елизавета впервые находилась на таком близком от него расстоянии, поэтому дрожала всем телом. Почувствовав, как она вся трясётся, Илья вздохнул.

— Тебе настолько некомфортно? — спросил он.

— Мне просто непривычно, — опустив голову, ответила Елизавета.

— Кажется, я совсем мало о тебе забочусь. Теперь я буду делать это чаще, — сказав это, он почувствовал недвусмысленность своих слов, — ради нашего ребенка, — добавил он.

Палата находилась близко к выходу, поэтому вскоре они уже были на этаже подземной парковки. Илья осторожно посадил ее на заднее сидение автомобиля, а затем протянул к ней руки, помогая пристегнуть ремни безопасности. Когда он наклонился к ней, Елизавета напряглась всем телом и с силой прижалась к спинке сидения. Илья посмотрел ей в глаза, однако ничего не сказал, а затем закрыл дверку и сел за руль, после чего завёл двигатель.

— Куда ехать? — обратился он к Елизавете, когда они выехали на трассу.

— На вокзал.

Когда Вениамин с Афанасием были на месте, то сразу же позвонили Елизавете. Она сообщила им, что будет не одна и предложила встретиться у входа на вокзал.

— Твой брат? — спросил Илья, когда она повесила трубку.

— Угу, — с трудом ответила Елизавета, крепко сжав руки.

Она не знала, каким образом лучше сообщить Илье про Афанасия.

Все-таки она до сих пор с ним не рассталась, лично. После стольких лет отношений, она, разумеется, чувствовала сожаление и тоску на душе, а утверждать обратное было бы глупо. Поэтому она чувствовала смешанные эмоции. Наблюдая за ней через зеркало заднего вида, Илья понимал, что в данную минуту ей нелегко, поэтому ничего не спрашивал и молча вел автомобиль.

Вскоре неподалёку показался вокзал. На ступеньках у входа стояло двое мужчин. Елизавета отлично знала обоих. Один из них был ее родным братом, а другой — ее бывшим возлюбленным.

Когда автомобиль остановился, Елизавета не торопилась выходить. Чувствуя нервное напряжение, она крепко вцепилась руками в подлокотники. Припарковавшись, Илья вышел из автомобиля, затем открыл заднюю дверку и взял Елизавету на руки.

— Я не могу допустить, чтобы с ребенком что-то случилось, — произнес он, не принимая никаких возражений.

Возможно, его объяснения прозвучали убедительно, а может, Елизавета просто поняла, что теперь несёт ответственность за жизнь ребенка, поэтому она осознала, что не может отказаться.

Елизавета обняла Илью за шею. Так будет даже лучше, ведь Афанасий сразу все поймёт без слов.