Впрочем, чародей, кажется, не обратил на это внимания. Еще бы: шляпа, надвинута на самые глаза, платок скрывал нижнюю половину лица, как у бандитов с большой дороги…Да с таким камуфляжем немудрено перед носом не то что ночью кадетку не заметить, но и днем дракона в его крылатом облике.

Между тем странный тип перемахнул через метлу, ссаживаясь, и уже хотел шагнуть на крыльцо лавки, из которой мы только что вышли, как вскинул голову.

– Ева…

Имя, с изумленных сипом вырвавшееся из его горла, заставило меня вздрогнуть.

Платок, что скрывал лицо мага ниже глаз, упал, и я увидела заострённые скулы и подбородoк, заросшие щетиной. Ее не было лишь там, где проходил шрам, пересекавший щеку. Тип сделал шаг ко мне. Он был невысокий. Я бы даже сказала, какой-то невзрачный, но от него веяло опасностью.

– Ева, - уже увереннее повторил он.

– Вы обознались!

Я нашла в себе силы взглянуть в глаза тому, кто назвал меня именем моей матери. Да, мы с ней были на одно лицо. Лишь с поправкой на двадцать лет… Ее столица тоже запомнила такой: молодой, красивой и полной сил, прежде чем она исчезла, пойдя следом за отцом.

Незнакомец вздрогнул, будто только осознав свою ошибку, одной рукой медленно потянулcя к платку, закрывая лицо, а второй – к поясу.

Но тут рядом возник Риг. В его руке предупреждающе сжалось пламя. Смертельное. Даже я поняла: в это заклинание светлый вложил все десять единиц, что у него были.

– Я и вправду обознался, - буркнул незнакомец, как-то сгорбившись, и демонстративно отвернулся, потянув за ручку двери.

Та скрипнула, впуская странного типа в лавку лепрекона. И в этот же момент в небесах полыхнуло. Раздался свист ветра при том, что не было и дуновения. Дознаватели. Значит этот «обознавшийся» уходил от погони. И судя по всему – ушел. Нам следовало бы тоже не нарываться, а спрятаться в тень…

Риг, видимо, подумал о том же:

– Пора валить!

– Куда? – как истинный контрабандист вопросила я, прикидывая варианты.

– Хорошо, что не спросила когo, - как истинный боевой маг, которому проще убить, чем договорится, буркнул Риг.

Пламя вмиг втянулось в его руку.

– Давай в ту подворотню, – решила я, ткнув пальцем в неприметную даже не улочку, а щель между двумя домами.

Маг кивнул и, на всякий случай прикрывая мне спину, поспешил следом, по пути прихватив отброшенную было свою метлу. Я не задавала Ригу вопросов: с чего он вдруг решил использовать заклинание, за применение которого в мирное время можно и на каторгу угодить. Сейчас главное было спрятаться. Я уже сделала шаг в темноту укрытия, когда шею что-то кольнуло. Будто иглой.

Машинально пришлепнулa мошку, только потом сообразив, что они здесь вроде водиться не должны.

Тени подворотни скрыли нас, но мы продолжали бежать. Поворот, ещё один и еще… Пока звук погони не стал столь явным, что следовало затаиться.

Мы оказались в укрытии ровно за удар сердца до того, как над нашими головами на бреющем полете просвистел карательный oтряд. Я, оказавшаяся на границе света и тени, инстинктивно вжалась в Рига, стоявшего в кромешной темноте.

Он обнял меня за талию и притянул к себе еще сильнее.

Его дыхание щекотало мне висок, а опасность, пролетевшая над нашими головами – нервы.

– Все же проклятием эта сволочь в тебя кинул, - чуть слышно произнес светлый. – Вот только каким, я так и не понял. Судя по всему, мелочь, чтобы не привлечь дознавателей всплеском тьмы.

– А ты отчего огненный аркан был готов спустить? – я чуть задрала голову.

Склонившийся ко мне Риг был совсем рядом.

– Может, потому, что он потянулся к своему поясному кинжалу… – то ли утверждая, то ли вопрошая ответил он.

Я сглотнула. Воспоминания о матери притупили бдительность, и вот результат – проворонила опасность.

– Почему он назвал тебя Евой? – подозрительно уточнил светлый, так и не убрав своих рук с моей талии.

– Так звали мою маму, а я на нее очень похожа.