Платье разложено на широкой софе. Белоснежное, из тончайшего шелка, струится мягкими волнами. По подолу рассыпан узор из серебряных нитей. Когда я смотрю на него - внутри все холодеет.

Не так я представляла самый важный день в своей жизни.…

Вокруг снуют молчаливые служанки. Они ловко помогают снять с меня простую одежду и обернуть в нижнюю сорочку. Холод шёлка прилипает к коже, от него по спине пробегает дрожь. Потом - корсет. Они затягивают его с методичной жестокостью, не оставляя воздуха в легких. Я хватаюсь за край ширмы, чтобы не потерять равновесие.

Платье надевают осторожно, послойно - сперва нижние юбки с подъюбниками, потом сам наряд. Один из слоев - почти прозрачный, с едва заметной вышивкой, другой - плотный, с утяжелённым шлейфом. Лиф облегает грудь, плечи остаются открыты, в глубоком вырезе видна метка истинности, будто нарочно выставлена на показ. Чувствую себя уязвимой.

К чему это? Что Вельторн задумал? Выжечь её? Или…. похвастаться, как трофеем?

Пока стою, не двигаясь, служанки принимаются за причёску. Мои волосы расчёсывают, скручивают в безупречный узел у затылка, оставляя несколько завитков по бокам. Вплетают жемчужные шпильки, и каждая вонзается в кожу, сковывая движения и мысли.

— Потерпите, барышня, — шепчет одна, но в её голосе нет участия. Только отточенная вежливость.

Честно говоря, я удивлена, что на Вельторна работают живые люди. В этом замке впору хозяйничать демонам да призракам, обстановка подстать.

В завершение мне на голову накидывают фату - лёгкую, прозрачную, усеянную мелкими кристаллами. И мир затягивается вуалью. Всё кажется далеким, приглушённым. Смотрю сквозь тонкую ткань, как сквозь тюремную решётку.

В зеркале отражается идеальный образ: аристократическая осанка, сверкающие камни, гладкая кожа, шлейф, волочащийся по мраморному полу. Но я отказываюсь это принимать.

В голове не укладывается происходящее. Он и правда собирается это сделать!

Объявит меня своей женой. И я… Я не смогу сказать «нет». Только ценой своей жизни, которая мне уже не мила без Райвена.

Губы дрожат. Уголки глаз горят. Украдкой сглатываю слезы. Нет, я выдержу. Вельторн ещё пожалеет, что связался со мной. Не позволю ему насладиться моим отчаянием.

Служанки отступают. В комнате становится пусто и гулко. Через несколько секунд дверь открывается. На пороге появляются двое мужчин в чёрных плащах, на груди - герб Вельторна: змея, свернувшаяся в кольцо и кусающая собственный хвост.

— Пора.

Порыв ветра из коридора треплет фату. Я медленно поднимаюсь. Платье тянет к полу, шлейф ползёт за мной, как белый дым.

Охрана идёт по бокам. Как будто я беглянка. Или приговорённая. Даже не знаю, что мне нравится больше.

Меня ведут в зал церемонии, и я больше не сопротивляюсь. Даже головой не верчу - какой в этом смысл? Всё уже решено. С каждым шагом платье шелестит, а сердце будто перестало биться. Оно сжимается, оставляя в груди пустоту.

По винтовой лестнице спускаемся вниз. Каменные стены сырые, с потеками. Мрамор ступеней звенит под подошвами туфель. Из окон видны обрывистые скалы, вспененное море и тучи, нависшие, как угроза над моей головой. Мир за этими окнами кажется недостижимым.

Боюсь, мне уже никогда не увидеть его вживую, только через магическую решетку окна.

Внизу распахивается высокая дверь. Нас впускают в зал. Просторный, с купольным потолком, темными фресками и множеством свечей в бронзовых канделябрах. Пол выложен мозаикой.

Гостей немного. Пара чинно застывших магов в масках. Седые чиновники, чьи глаза холодны, как лед. Женщина в черном платье до пола, вуаль скрывает лицо. Все напряжены, как перед казнью. И оборачиваются ко мне.

Я даже не вникаю, кто они. Только замечаю общую черту - от всех веет чем-то… неправильным. Темной магией. Продались Вельторну.

Эти люди не друзья и не родные. Им плевать на меня. Они пришли посмотреть, как торжествует зло.

И среди них ни одного знакомого лица. Что не может не радовать.

Но и Райвена нет….

Сердце сжимается так, что я невольно ахаю. Не пришёл. Не успел. Не смог. Жив ли он?!

Каблуки туфель стучат по полу, разбивая гулкую тишину.

Поднимаю глаза только однажды и вижу жреца. Высокий, костлявый, с черными прожилками на коже и глазами, в которых нет ни тени света. Пальцы тонкие, с кольцами и рунами. Его лицо напоминает восковую маску.

За спиной жреца стоят два помощника в одинаковых тёмных капюшонах, безликие, как статуи.

Алтарь передо мной - мрачный, но безумно красивый. Чёрный камень, обвитый серебром, сияние огней, отражающееся в полу. Проклятая красота.

Меня подводят ближе, и я покорно делаю шаг… ещё один… Ещё.

И вдруг отвлекаюсь на движение слева, сердце болезненно ударяется о ребра.