— Нет, мне надо, — запротестовала, вырываясь из объятий. — Я же так долго готовилась, много чего поменяла.

— Я видел, — он аккуратно положил меня обратно на простыни, сам переместился всем телом, горячо прижимаясь, и приподнялся на локтях. — И хотел тебя поблагодарить. За неделю ты сделала то, о чем я не мог подумать несколько лет. Спасибо.

— Тебе понравилось? — внезапно заробела, да и как перестать испытывать смущение, если над тобой нависает могущественный мужчина.

Он словно ощутил мою стеснительно, согнулся в руках и запечатлел легкий поцелуй.

— Летта, — опустился ниже и стал покрывать нежными прикосновениями кожу. — Ты такая волшебная, неземная. Понимаю, за что тебя так полюбили духи леса. Конечно, мне понравилось.

Жутко захотелось выкрикнуть: «А ты? Ты полюбил?». Но его напору противостоять не могла, не было ни сил, ни желания.

Джеймс, видимо, потерялся в чувствах, пробовал меня на вкус, играл языком, вдавливал и теребил пряди волос. Тянул за них, но из-за раны я легонько вскрикнула, а потом сама же пожалела о своем возгласе.

Он тут же, опомнившись, отстранился, уселся рядом и погладил меня по щеке.

— Пока тебе надо лежать. Отдохни, выспись, а когда ведьма позволит вставать, тогда и понесешься раздавать указания по замку.

— А что ты будешь делать? — не удержалась от ревностной фразы.

Где-то в закоулках бродит его бывшая любовница, а я стыжусь признаться в ее и своем поведении. Мне кажется это неправильным — бежать и жаловаться мужу при любой проблеме. Сама разберусь с наглой вдовой, вот только обидно, что Синклер уходит.

— Переговорю еще раз с Брюсом, выставлю больше воинов на границе. Вечером вернусь в тебе, а ты расскажешь мне подробно о разговоре с Ортроном. — Он подробно пояснял, поправляя у меня лямку сорочки.

Да, стоило. Возможно, он еще и не знает, что бывший помощник и есть тот лев, за которым я когда-то поглядывала.

— Позови ко мне, пожалуйста, Атенаис и Снории, — попросила я. — Хочу привести себя в порядок и расспросить колдунью о лечении.

Он тихо рассмеялся и опять прильнул ко мне.

— Будет сделано, леди Синклер.

Когда он меня покинул, отбросила одеяло и подошла к зеркалу. Валяться я точно не собиралась, увольте. Выясню, выспрошу у женщин, что происходит в клане, а потом займусь делами, так легче забыть о случившемся со мной в лесу.

Сняв повязки, недовольно отметила внешний вид, но все же надеялась, что ванна сможет убрать отеки, серость и налипшую кровь.

Без стука в покои зашла Снорри и сразу возмутилась.

— Леди, вам же велено было лежать. Для чего вы встали?

— Снорри, спасибо за заботу, — участливо ее поблагодарила, закатив глаза. Всем прямо виднее, как мне лучше.Надоели. — Ты мне очень помогла, но я достаточно отдохнула.

— А это не вам решать, — заворчала пожилая ключница. — Вот придет Атенаис и как заругается. Мы с ног сбились, выхаживая вас.

— Все было настолько плохо? — меня изрядно напугал ее тон.

Да, голова кружилась, и любое движение давалось с трудом, но мне казалось, что я достаточно здорова. Сидеть, ходить могу, чего еще желать?

— Да, — женщина воинственно уперла сжатые кулаки в бока. — Видели бы вы себя со стороны. Принесли маленькую, разбитую, едва дышащую. И что? Вы на утро вскочить и порхать птицей решили? А если разболеетесь, что тогда? Нам лаэрд головы снимет.

— Кстати, — вспомнила интересующую меня вещь. — А как он нас нашел? Сильно гневался, разузнав, что я сбежала в чащу?

— Сильно, ох сильно, — Снорри залепетала. — Нам еще всем наказание предстоит. Он просто не решил какое.

Так и вижу ярость Синклера. Он же строго-настрого запретил покидать мне клан, и стражников предупредил. А по приезду обнаружил, что приказ нарушили.

— За это не бойся, — не могла не улыбнуться. — Вечером объясню, что ни у тебя, ни у Фодрона, ни Атенаис выбора не было.

— Если бы я знала, — она печально замотала подбородком. — Я бы вас в комнате закрыла, никогда бы не позволила уйти. Ух, никогда себе не прощу.

— Осторожней, Снорри, — уставилась на главу служанок, напоминая, что я не ее дочка или прислужница. — Запретить мне что-то может только муж, а тебе придется смириться с моим характером.

Я очень ее ценила, но и садиться на шею не позволю. Пусть жители привыкают, что я могу и зубки показать.

Осознав, что ляпнула лишнее, она бросилась извиняться.

— Госпожа, простите, я бы никогда...

— Все в порядке, — успокоила ключницу. — Распорядись о ванной, пожалуйста. Хочу смыть с себя кровь.

— Конечно, конечно, — она так смешно тряслась и кланялась, выходя из помещения, что я тихонечко рассмеялась.

Чудная, но ко мне прикипела. Сразу видно, что переживала и боялась.

После ее ухода я недолго оставалась одна. Джеймс не обманул и позвал ко мне ведьму. Она, в отличие от простоватой Снорри, подождала моего позволения и только потом зашла в комнату.

— Летта, вижу тебе лучше.