— Слава Многоликой, что ты так не поступила, — проговорила она. — Конечно, нет. Но нужно же было и выдать свое внимание Киркпатрику? — она укоризненно взглянула на меня.

— Тяжело проявлять внимание к тому, кому это вовсе и не нужно, — я чуть слышно отозвалась, теребя пряжки на ремне.

Ну не могла она не знать о слухах о мужчине. Он ведь даже не скрывал своих взглядов и очень радовался четвертому месту в первом поединке.

— Просто он тебя не оценил, — ее глаза воспарили к небу. — И как? Ты вечно скрываешься и не показываешь своей добродетели.

Тут я бы поспорила.

— Хорошо, — ответила ей примирительно, — как только он вернется, буду доброй и не отстану от него.

— Нет же! — возмутилась она, — надо действовать по-другому.

Богиня, дай терпения. Я ведь совсем не разбираюсь в этих церемониалах. Матушку с рождения готовили к замужеству, а вот она как-то припозднилась. До двенадцати лет я могла бегать с братишками в поле, а после она решила воспитать из меня настоящую леди.

— Давай вернемся к этому разговору вечером, — почти взмолилась я.

Около нас присутствовало с полдюжины девиц. Они вроде и уставились в свои пяльца, но я-то знала, что как только смеркается, это барышни отправятся распространять по замку информацию о моей неуверенности в себе.

— Ладно, Летти, мы еще поговорим, — назидательно начала матушка. — Все равно придется.

Конечно, через несколько дней я стану женой для кого-то из участников. По моему мнению, она даже слишком поздно спохватилась.

Уже через час трубадуры оповестили о появлении первого участника. На стол отца положили трепыхающуюся куропатку, подстреленную под крыло.

С довольным лицом Лахлан объезжал своих воинов, а его отец, наоборот, мрачнел. Это глупая птица, предпочитающая бежать по местности, а не взлетать. Поймать такую и подстрелить легче легкого. Глава клана быстро понял, что наследник выдал неимоверный козырь остальным. И он оказался прав.

Через несколько минут послышались звуки гонга и выехал Эван со своей добычей. К его коню был прикреплен вепрь, подстреленный аккурат в глаз. Если бы не было этого глупого состязания, то наши люди бы очень радовались такому свирепому зверю. Кабана в одиночку загнать нелегко. Это не птица и не заяц. Он почти чувствует внимание человека. Скрывается, петляет, обманывает...

— Эван Драммонд побеждает, — нехотя заключил отец.

Он все равно болел за сына Киркпатрика и переживал за его неудачи.

Все притихли в ожидании оставшихся, но Нортон с Джеймсом не торопились. Солнце почти зашло за горизонт, когда объявился племянник Мердока.

— Олень, благородное животное, — слышала я шепоты мужчин.

Воин гордо восседал на своем коне, давая понять остальным, что он первый и самый сильный. За спиной того тащилось тело еще живого животного.

— Я подумал, что хозяйка состязаний сама захочет убить благородного зверя! — он во всеуслышание обозначил за собой победу. — Летти, вы же не откажете?

Сдерживаясь в своих порывах, я старалась ступать неслышно.

Я сама хищник, я могу обратиться в лесу, но никогда не напала на оленей. Загнанный зверь молчал, не звал своих сородичей, но смирился с показательной смертью среди людей.

Рядом с оленем я почувствовала его страх. Животное боялось и страдало в ожидании, когда же его убьют. Если рассматривать попытку Нортона, то теперь он явно побеждал, приведя за собой просто королевскую добычу.

Я спешилась, взяла лук и натянула тетиву. Одно движение, и олень упадет замертво, но меня что-то останавливало. Будь я на охоте и поймай его сама, я бы не мешкала.

— Простите, — обратилась к мужчине. — Я благодарна за дар, но предпочитаю настоящую охоту. Это ваша добыча, и я не имею к ней никакого отношения.

— Вы отказываете мне? — притворно удивился Нортон.

— Лишь хочу, чтобы вас считали настоящим добытчиком, — негромко отозвалась я, наблюдая за метаниями зверя.

К сожалению, Драммонд тянуть не стал. За его спиной тоже оказался колчан со стрелами. Он взял лук, прикрепленный к седлу, прицелился и выпустил острие. Конечно, оно достигло цели. Его жертва упала, подкосив ноги. Казалось, что я, выросшая среди братьев-охотников должна спокойно относиться к подобному, но мне было горько. Олень был красив, в самом расцвете сил, настоящий король леса.

Пока слуги убирали тело убиенного, все услышали звуки очередного гонга. Я с надеждой посмотрела на выход из Чаролесья. Не знаю, кого мог привести Синклер, но была уверена, что лаэрд меня удивит. Так, оно и случилось.

Джеймс сидел на своем коне, не замечая, что творится за его спиной. Словно прирученный, за ним шествовал олень, но благородного белоснежного цвета.

Лаэрд, игнорируя всех, медленно подъехал ко мне.

— Это мой дар ради леди Макензи. Ты его примешь? — он прямо посмотрел на меня.

Не в силах сдержаться, я обошла его лошадь и приблизилась к пойманному животному. Его сдерживала лишь удавка на шее, больше ничего.

— Летти, это может быть опасно! — крикнул Эддард, подаваясь вперед, но я не слушала.