— Здесь и прошлогодние запасы, и с этого лета, — сказала Эдвина, постучав по одной из бочек. — В основном ягоды. Девать их некуда, а выбросить или раздать рука не поднимается. Часть пускаю на эликсир, чтобы расплачиваться с соседом. Приходится его звать порой — то крышу подлатать, то ещё какая напасть. В одиночку не справиться в деревне, всегда что-то требует твёрдой мужской руки.

Она подняла крышку.

Внутри лежали ягоды смородины, присыпанные льдом. В соседней — клубника. В остальных бочках я обнаружила малину, землянику, чернику, ежевику, вишню и клюкву.

А ещё неизвестные мне ягоды, похожие на гибрид малины и клубники золотистого цвета.

Я наклонилась и втянула густой медовый аромат.

— Это медяника, — продолжала тётка, заметив мой интерес к необыкновенной ягоде. — Когда урожай хороший, девать их особо некуда. Часть продаю, часть на варенье идёт… а часть так и лежит.

— Пропадает? — спросила я.

— Бывает, — пожала она плечами. — Съесть столько невозможно.

Меня подмывало спросить у Эдвины, нет ли у неё детей, но тогда бы я сразу выдала себя с потрохами. Почему она жила одна? Почему без семьи или хотя бы мужа?

Попробую позже как-нибудь аккуратно выведать у Флоренс.

Вздохнув, я посмотрела на ягоды и вдруг поймала себя на неожиданной мысли.

В голове вспыхнуло воспоминание — морозильники, витрины, холодный сладкий воздух кондитерских, куда иногда заходила перекусить после дежурств.

Десерты, сорбеты, ледяные лакомства…

Из этих ягод можно было сделать что-то совсем другое. Не просто варенье, а нечто особенное.

Что за идиотские фантазии? Я нервно хохотнула и выпрямилась, глядя на бочку.

Нет, я конечно готовила домашнее мороженое, но для себя — ради баловства и разнообразия. А тут такой объём ягод…. Фабрику нужно открывать! Или, как минимум, лавку…

— Интересно… — пробормотала я и тут же тряхнула головой.

Какая лавка? На всё нужны деньги, а у нас их нет. Ладно, молоко можно достать — благо, корова имеется. Но сахар, ванилин, вафли….

Что-то я не на шутку разошлась, загоревшись сумасшедшей идеей. Надо быть реалисткой, Алёна.

— Что? — сразу насторожилась Эдвина.

— Да так… — я улыбнулась и отмахнулась от собственных мыслей. — Просто подумала. Глупая детская идея. Не обращайте внимания, тётя.

Она некоторое время внимательно смотрела на меня, но ничего не сказала. А я сделала вид, будто меня безумно интересует репчатый лук.

Держа лампу перед собой, Эдвина стала подниматься по лестнице.

— Закрывай крышку, — бросила она через плечо. — И не задерживайся там, в сырости долго стоять ни к чему.

Я кивнула, хотя она уже не смотрела, и дождалась, пока тяжёлая крышка люка наверху хлопнет, отрезая меня от света и её бдительности.

Несколько секунд простояла неподвижно, прислушиваясь.

Сверху доносились шаги тёти — она прошла по двору, потом скрипнула дверь сарая. Я медленно выдохнула.

Перед глазами снова всплыло ведро у колодца и та тонкая серебристая изморозь, расползшаяся под моими пальцами. Не почудилось же мне это…

Я прекрасно помнила ощущение — резкий холод, будто что-то внутри на мгновение проснулось. Подняла руку и посмотрела на пальцы. Х-м-м, ничего особенного. Вроде.

Огляделась и осторожно подошла к одной из бочек. Рядом стояла небольшая деревянная миска с ягодами — той самой медяникой, золотистой, мягко светящейся в тусклом свете лампы.

Я взяла одну ягоду в ладонь.

— Ну давай… — тихо пробормотала, сама не понимая, кому это говорю.

Сжала пальцы сильнее, пытаясь повторить то странное явление, которое возникло у колодца. Сосредоточилась на холоде, представила, как он растекается по коже, как ледяная волна проходит сквозь ладонь.

Ничего.

Я нахмурилась и попробовала снова, сильнее сжав ягоду.

— Давай же…

Но ягода оставалась такой же мягкой и тёплой, только сок выступил между пальцами.

Я раздражённо выдохнула, положила её обратно в миску и попробовала иначе: коснулась деревянного обода бочки, задержала ладонь на гладкой прохладной поверхности и снова попыталась вызвать то странное чувство.

Тишина.

Никакого инея. Никакого холода.

Только влажное дерево под пальцами.

Я отдёрнула руку и тихо фыркнула.

— Отлично, — пробормотала в тишину. — Значит, показалось. Или…. нужно какое-то особое стечение обстоятельств. Тьфу, ладно!