Ситуация становилась довольно неловкой. Следовало бы возмутиться подобной реакцией, быть может, обвинить ее в лицемерии и сказать, что она не смеет решать за меня, когда сама равнодушно бросила собтвенного ребенка.

И, видя, как напрягся всегда сдержанный Дион, смотря на мать Бии как на врага, у него были похожие мысли.

Однако, я решила пойти другим путем. Зачем развивать конфликт, когда можно ловко манипулировать правдой?

– Меньше, чем через месяц, мы с Дионом разведемся, – произнесла я. отчего одновременно вздрогнули и сам Дион и виконтесса. Лицо Диона помрачнело, а его кулаки напряглись. Франческа же, которая до этого демонстративно отвернулась, бросила на меня оценивающий взгляд. Судя по ее сомнению, она мне не верила. Что подтвердилось, когда она заметила:

– Я слышала, что ты была одержима этим мужчиной. Пусть я и живу в глуши, кое-какая информация все же доходит и сюда. Ты пытаешься меня обмануть?

Я любезно улыбнулась, сохраняя спокойствие, незаметно сжимая ткань пиджака Диона, чтобы он не дергался.

– Вы правы. Это действительно было так. Но незадолго до свадьбы Диону было сделано пророчество о суженой, – заявила я, что вновь спровоцировало напряженное молчание, повисшее в воздухе беседки.

– И ты все равно вышла за него замуж? – окинув меня разочарованным взглядом темных глаз, пробормотала Франческа.

– Это фиктивный брак, – пожала я плечами. Виконтесса вновь заинтересовалась. В ее лице читался немой вопрос и требование пояснений, с которыми я не стала тянуть. – Было больно и обидно, но я, помня печаль и горе моего отца, не хотела повторять его судьбу, потому решила отказаться от своего чувства, – стараясь выглядеть максимально искренней, произнесла я. Дион напрягся, заметив явное несоответствие с действительностью, где он молчал до последнего о пророчестве, которое было не столь критичным. Он мельком посмотрел на меня, но я проигнорировала его взгляд, полностью сосредоточившись на своей истории. – Однако, как вам должно быть известно, имело место давнее соглашение между нашими домами, причиной чего и стала наша помолвка…

– Нелепое требование двух обезумевших стариков. Да, я помню, – как бывший член семьи Харт, виконтесса просто не могла не знать про договор своего свекра с домом Краун.

Дион дернулся от столь пренебрежительного отношения к его старшим. Но я ущипнула его и тот присмирел.

– Несмотря на мое намерение отпустить свои чувство, я все еще была привязана к Диону, потому хотела помочь ему. Так мы заключили фиктивный брак, по итогу которого он получит в наследство титул, а я достойные откупные, – цинично улыбнулась я, инстинктивно понимая, что эта женщина презирает любую форму привязанности и эмоциональности. Она была рациональна и цинична до мозга костей и могла говорить только на доводах реальной выгоды.

Не знаю, всегда ли она была такой, или стала по ряду причин, но я оказалась права. Черные глаза смерили меня подозрительным взглядом и заметив мою спокойную и циничную ухмылку, ее плечи слегка расслабились.

Такое положение вещей она приняла за удовлетворительное.

– Это правда? – все же проявила она осторожность и посмотрела на Диона, который, в отличие от меня, чуть менее хорошо контролировал свои эмоции. Было очевидно, от кого она хотела получить ответ.

– Правда, – слегка напряженно кивнул Дион и с оттенком досады поджал губы.

Это понравилось виконтессе еще больше. Теперь она уже смотрела на меня больше открыто.

– В таком случае, что вам двоим здесь нужно? Разве вы не должны готовиться к разводу? – с энтузиазмом, который был бы более уместен в ситуации подготовки к свадьбе, спросила виконтесса о нашем разводе.

– Так мы и собирались поступить, – кивнула я. – Но возникло непредвиденное обстоятельство, – помедлив для пущего эффекта, произнесла я и добавила: – Появилась суженая. И у нас есть все основания думать, что с ней и парной меткой что-то не так, – решила я раскрыть карты в странном порыве куража, смотря на виконтессу во все глаза. – Мы считаем, что суженая, как и метка Диона – фальшивые, созданные искусственно храмом.

Дион посмотрел на меня в шоке, не ожидая такого откровения, но я была занята другим: наблюдением за виконтессой. И чем больше я смотрела за сменой ее эмоций на невыразительном лице, тем сильнее убеждалась, что не прогадала.

Бинго!

***