– Возьми командирские. Они справа вроде стояли.

– Да неудобно как-то…

– Кира, дорогая, – Кони вынырнула из холодильника с горкой контейнеров, – неудобно в невесомости суп варить. Бери одну из двух чашек и не заморачивайся. Технически то, что принадлежит твоим мужьям, принадлежит и тебе.

Я не была уверена, что правила принадлежности имущества распространяются на фиктивные браки, но выхода не было, и я взяла ближайшую.

Имён не было, но на каждой было написано и подчеркнуто: «Кеп». Видимо, Скаар и Стил сами их как-то различали, ибо внешне они были идентичны.

Я поставила чашку, и кофеварка наконец-то выполнила свою задачу. И, видимо, из мести налила чашку до краёв.

Вот тебе и умные машины.

Я ловко перенесла чашку на стол, не разлив ни капли, и показала кофеварке дулю. Та обиженно пискнула.

– Не поняла, она что, видит меня?

– В некотором роде да. Всей бытовой техникой управляет ИИ корабля.

– Упс, – я подняла голову к камерам. – Ну, извини. Погорячилась.

К моему удивлению, камера мне подмигнула зелёной лампочкой.

С ума сойти тут можно.

Я принялась помогать Кони открывать контейнеры. Там были мясные и сырные нарезки и фрукты. Если мясо и сыр я ещё могла определить, то насчёт фруктов подсказала Кони.

– Это с Нитау-5. Росош, очень вкусные ягоды. Они растут только в теплицах. – Она показала на пурпурных «ежиков». – А это примера и глот. Растут там же, но в дикой природе.

Примера выглядела как зелёное куриное крыло, покрытое мелкой чешуёй, а глот выглядел как игрушка с ёлки в виде спиралевидной сосульки.

Интересно было бы посмотреть на всё дерево. Надо в планшете потом покопаться.

Наконец мы сели за стол, и я снова потребовала:

– Сделай так, чтобы я больше не ходила во сне.

– Я же сказала, спи с мужьями, и всё будет нормально.

– Да как это связано? – я даже бутерброд отложила, хотя запах подкопченного мяса так и манил укусить его.

– Если просто и коротко – ты их хочешь. Остатки паразита реагируют на подсознательное желание и заставляют тебя действовать. Если бы он был полностью здоров, я имею в виду паразита, то та часть, которая заставляет тебя действовать, полностью бы работала на паразита. И ты бы попыталась нас заразить или убить.

– Жуть какая. Да что это за дрянь? Его можно вытащить? А если он восстановится?

– Вау, как много вопросов. Дрянь – паразит, пожиратель миров. Летает от галактики к галактике и зачищает их. Что происходит в пустых галактиках дальше, никто не знает. Все пути, ведущие к ним, блокированы, связь отсутствует.

– Нифига у вас проблемы с нелегалами!

– Да, те ещё нелегалы. Ответ на вопрос номер два: вытащить нельзя. Он сросся с тканями твоего мозга. Хорошо, что они игнорируют друг друга по какой-то причине. Твоя иммунная система его не видит, а он сам тебя не трогает, потому что сдох.

– А та вторая часть?

– Суть та же: иммунная система не видит, а сам по себе этот кусочек не активен.

– Но я его слышала, когда жила у даваров. Он постоянно что-то от меня требовал. И ни разу не делал того, чего бы я хотела. Я вот сознательно и подсознательно очень хотела сбежать.

– Не знаю, может, у даваров есть какие-то методы влияния. Тут я не готова отвечать, может, Жадэ, то есть доктор Камиль, подскажет. – Губы Кони чувственно приоткрылись, и она тихо вздохнула. – Он такой умный.

Похоже, Кони неровно дышит к неизвестному мне Жадэ, то есть доктору Камилю. Интересно будет посмотреть на этот мегамозг. Я слышала, что он тоже айтори, и, вспомнив всех предыдущих, решила, что не у него одного мозг может быть с приставкой «мега».

Воспоминание о мужьях словно слабый разряд тока прошлось по всему телу. Внизу живота разлилось горячее пульсирующее тепло.

Чего это я возбудилась? Да, мужики роскошные. Но не до такой же степени, на ровном месте, только от воспоминания о том, какие айтори мегапарни.

Я попыталась прийти в себя, поерзала на стуле и вспомнила, какой вопрос был последний.

– А он может восстановиться?

Кони моргнула и покраснела.

– Жадэ? Он очень быстро восстанавливается!

Тут она поняла, что сболтнула лишнего, и покраснела ещё сильнее.

– Да, ладно тебе. Ну, нравится парень, чего в этом такого?

Кони погрустнела.

– Мне кажется, что я ему недостаточно нравлюсь. Мы провели вместе всего одну ночь. Это было невероятное исследование, и мы поддались восторгу и порыву и…

Я взяла её тонкую кисть и чуть сжала её.

– Видимо, там не только исследование было невероятным.

Кони снова улыбнулась и стала похожа на юную студентку, влюбившуюся в сурового профессора.