Глазами тут же нахожу лорда Вейна лежащим на каменном полу. Он свернулся клубком в причудливой позе, а плащ натянулся на спине, как поломанное крыло. Рядом валяются еще две синие светящиеся чешуйки, а под ними… Свежие царапины! Глубокие, оставленные чем-то крупным и острым. Ножом? Когтями? Но что ж эта за лапа должна быть!

— Господин! — бросаюсь вперед, не представляя, чем ему можно помочь.

— Прочь… — хрипит и голос совершенно не узнать. В нем не осталось ничего человеческого, и эти гортанные нотки…. От них мороз бежит по коже.

Протягиваю руку, чтобы пощупать лоб, но лорд отталкивает меня ладонью. Не больно, но с такой силой, что я падаю на попу.

— Я сказал — уходите!

Прежде чем успеваю что-либо ответить, лорд оказывается на ногах. Встает неестественно плавно, как будто кости у него двигаются иначе. И бросается вон, на улицу. Дверь ударяется с таким грохотом, что на полках жалобно звенит посуда.

Провожу на полу еще несколько минут, прежде чем удается сбросить странное оцепенение и встать. Мне никогда в жизни не доводилось сталкиваться с чем-то… настолько необычным и пугающим. И при всем этом, меня не покидает острое чувство жалости к лорду Вейну. Очевидно же, что эти «превращения» ему не доставляют удовольствия. А что, если все слухи, гуляющие по Вирнеллу — правда? И лорд действительно проклят.

Чтобы как-то занять себя и хоть немного отвлечься, принимаюсь готовить завтрак. Яйца взбиваю слишком яростно, так как никак не удается стряхнуть с пальцев ощущение пылающей кожи, и забыть стон, полный отчаяния и страданий.

Лепешки, которые привез Томас, подогреваю на тонком листе металла, ненадолго положив их поближе к огню. Из трав, которые принесла с собой — завариваю чай. Несладкий, так как в доме лорда не нашлось ни меда, ни сахарного песку, но лучше, чем давиться завтраком в сухомятку.

И пока руки заняты делом, сумбурные мысли продолжают вспыхивать в голове.

Лорд Вейн испугался меня. Или… того, что может со мной сделать?

Поднос с омлетом дребезжит в руках, когда иду по восточному крылу. Чем бы ни был «болен» лорд, но он ведь должен питаться. Потому приготовила и на него порцию.

Нахожу коридор и прилегающие двери в ужасающем состоянии. Обои повисли клочьями, а на дубовых панелях зияют свежие отметины: длинные, параллельные, будто кто-то точил здесь когти…

…или пытался сдержать оборот?

Перед массивной дверью с железными скобами я притормаживаю. Должно быть, лорд прячется за ней. Задерживаю дыхание, прислушиваясь к шорохам.

Тук-тук.

Тишина.

— Господин? Я принесла вам поесть.

Ни звука.

Я вздыхаю, не представляя как достучаться до упрямого лорда. И уже собираюсь поставить поднос на пол, когда замки щелкают и дверь приоткрывается едва-едва, буквально в палец толщиной. Из щели тут же полыхнуло жаром, как от печки.

— … оставьте у двери, — голос лорда звучит глухо.

— Я хотела бы помочь, лорд Вейн, — коротко произношу и оставляю свою ношу так, чтобы господин мог легко ее забрать.

— Я… ценю ваш порыв, Эстер. Но вы не сможете помочь. Никто не сможет. А теперь, оставьте меня одного. Это приказ!

Последние слова звучат жестче, в голосе господина звенит металл. И я не решаюсь спорить. Отступаю к лестнице, а сердце щемит от бессилия: неужели стану свидетелем гибели молодого лорда? Разве это справедливо — быть пленником собственного тела?

В одиночестве съедаю завтрак, раздумывая над тем, кто же все-таки лорд Вейн и почему проклят? Да и проклятие ли это? Вот бы спросить у кого, или где почитать… Но пока ответов нет, занимаюсь тем, за чем меня наняли. А именно, уборкой.

Замечаю в углу кухни набранные ведра с водой. Неужели господин все-таки привел колодец в порядок? Но когда успел? Ночью во дворе бушевал зверь. Значит, лорд Вейн его не боится, если выходил наружу. А может, он его и прогнал?

Любопытство перевешивает страх, и я бегу к колодцу. Ничего себе! Каменная кладка внутри значительно посветлела. На дне лежит свежий слой мелких камней, и вода понемногу уже наполняет колодец. Пока блестит на самом дне, но через пару дней поднимется выше. Чудесно!

И раз уж я больше не ограничена в средствах для уборки, берусь за дело со всем рвением.

В углу кухни, под мусором и пылью нахожу еще одну чешуйку, а вместе с ней, и старую щетку для пола. Чешуйка привычно отправляется в карман, а на щетку наношу немного соли и принимаюсь отчищать застарелые пятна на полу.

Удивительно, но пол оказывается нежного, почти молочного оттенка. А я думала, что он выложен из серых плит. Воды на отмывку кухни уходит много. Помещение немаленькое, а взявшись оттирать все углы, приходится часто менять черную воду на чистую. Но зато по итогу я могу любоваться посветлевшей и хорошенькой кухонькой. Даже сердце радуется!