После отъезда Геллы и Омэна в академии воцарилось напряжённое затишье. Торнберг затаился, но не исчез — он продолжал ходить по коридорам, заглядывать в аудитории, проверять журналы. Его присутствие ощущалось как заноза, которую нельзя вытащить, но можно терпеть.

Ксавьер терпел. Лисса — с трудом.

— Он следит за каждым нашим шагом, — сказала она, когда они в очередной раз остались в кабинете вдвоём. — Даже в столовую заходит, чтобы посмотреть, кто с кем разговаривает.

— Пусть смотрит, — ответил Ксавьер. — Нам нечего скрывать.

— Кроме того, что мы спим вместе.

— Это не нарушение устава.

— Для него — нарушение моральных норм.

— У него нет моральных норм. Есть только инструкции.

Лисса хотела возразить, но в дверь постучали — три коротких удара, код срочности.

— Войдите.

Вошел адъютант — новый, молодой, с веснушчатым лицом.

— Господин ректор, — сказал он. — К вам посетительница. Говорит, что она… ваша мать.

Ксавьер замер.

— Что?

— Женщина в возрасте, в дорожном плаще. Сказала, что её зовут Элинор, и что она приехала издалека.

Ксавьер побледнел. Лисса заметила, как его пальцы вцепились в подлокотник кресла.

— Пусть войдёт, — сказал он тихо.

Элинор оказалась невысокой, седой женщиной с лицом, изрезанным морщинами, но с удивительно молодыми глазами — янтарными, как у Ксавьера. Она вошла несмело, остановилась у порога, будто боялась ступить дальше.

— Сын, — сказала она.

— Мама, — Ксавьер встал.

Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд. Потом женщина шагнула вперёд, и Ксавьер шагнул навстречу. Они обнялись — неловко, сдержанно, но Лисса увидела, как по щеке ректора скатилась слеза.

— Я думал, ты умерла, — прошептал он.

— Я хотела, чтобы ты так думал, — ответила Элинор. — Так было безопаснее.

— Для кого?

— Для нас обоих.

Лисса кашлянула, напоминая о своём присутствии.

— Это Лисса, — сказал Ксавьер, отстраняясь. — Моя… начальник стражи.

— И не только, — Элинор посмотрела на Лиссу долгим взглядом. — Я вижу, как ты на неё смотришь. Как твой отец смотрел на меня когда-то.

— Мы ещё не…

— Я ничего не спрашиваю, — женщина подошла к Лиссе, взяла её за руку. — Спасибо, что бережёшь моего мальчика.

— Это моя работа, — ответила Лисса, смутившись.

— И моя жизнь, — добавил Ксавьер. — Мама, почему ты приехала? И почему раньше не дала о себе знать?

Элинор тяжело вздохнула, села на стул.

— Потому что я боялась. Боялась, что тебя убьют, как убили твоего отца. Что Совет найдёт тебя и уничтожит. Что моя любовь станет для тебя смертельным приговором.

— Но теперь?

— Теперь ты ректор. У тебя есть власть. И есть люди, которые готовы защищать, — она посмотрела на Лиссу. — Я приехала, чтобы рассказать правду. Всю. Какую ты хочешь услышать.

— Хочу, — Ксавьер сел напротив. — Рассказывай.

Элинор начала рассказ тихо, будто боялась, что стены имеют уши.

— Твой отец, Эрик Дандар, был старшим сыном в семье. Ему принадлежал трон по праву рождения. Но его младший брат, Фредерик, всегда завидовал ему. Фредерик был слабее магически, но хитрее. Он плел интриги, собирал компромат, подкупал свидетелей.

— А Грейвз и Арно? — спросил Ксавьер.

— Грейвз был другом твоего отца. Или казался. На самом деле он работал на Фредерика. Передавал информацию, подписывал фальшивые приказы. Арно финансировал заговор. А капитан Ирвин… он должен был охранять Эрика, но его подкупили.

— Ирвин? — переспросила Лисса. — Тот самый, которого Дориан обвинил в убийстве?

— Да, — Элинор сжала кулаки. — Ирвин убил твоего отца. Не по приказу Совета, а по приказу Фредерика. Он нанёс удар в спину, когда Эрик возвращался из дворца. А потом подделали документы, что это была казнь за измену.

— И никто не расследовал?

— Расследовал. Но следователя убили. Ирвина — «оправдали за недоказанностью». На самом деле его просто убрали с глаз долой, отправили на юг, где он погиб в стычке с контрабандистами. По крайней мере, так гласит официальная версия.

Ксавьер встал, прошёлся по кабинету.

— А Дориан? Откуда он узнал?

— Дориан — сын Эрика от служанки. О нём никто не знал, кроме меня и одного старого слуги. Эрик признал его перед смертью, но письмо затерялось. Дориан нашёл его много лет спустя. И начал искать правду.

— И нашёл.

— И нашёл, — кивнула Элинор. — Он нашёл письма Грейвза, показания Арно, дневник Ирвина. Всё это доказывало, что твоего отца убили заговорщики. Но Дориан пошёл дальше. Он захотел мести. Крови.

— А ты? Ты хотела мести?