— Тогда я спокойна, — Гелла обняла подругу. — Вы созданы друг для друга.

— Спасибо, что прислала ту пробирку с краской. Иначе я бы никогда не решилась.

— Ты и без краски была красивой, — Гелла отстранилась. — Просто нужно было немного волшебства.

— И немного веры в себя.

— Это тоже, — Гелла улыбнулась. — Ладно, завтра мы уезжаем. Но если что — зовите. Мы примчимся.

— Знаю, — Лисса посмотрела на звёзды. — Спасибо.

Утром, провожая Геллу и Омэна, Ксавьер стоял на крыльце, держа Лиссу за руку.

— Ну что, — сказал он, когда карета скрылась за воротами. — Остались мы.

— И котёнок, — напомнила Лисса.

— И котёнок, — согласился он. — И академия. И Совет, который не дремлет.

— Справимся, — она сжала его пальцы. — Мы же команда.

— Команда, — повторил он.

Они пошли в кабинет — разбирать бумаги, планировать ремонт, думать о будущем. Впереди было много работы. Но теперь — вместе.

А где-то на юге, в ссылке, Дориан смотрел на закат и перечитывал письмо от брата. В письме было всего несколько строк: «Я не забыл тебя. Жди. Приеду, когда сможешь». И он ждал. И верил, что когда-нибудь они снова будут братьями.

Без ненависти. Без крови. Просто — братьями.

Глава 11. Инспектор из Совета

Тишина после отъезда Геллы и Омэна длилась недолго.

Уже на следующее утро в академию прибыл инспектор из Совета — сухой, высокий мужчина с бритой головой и глазами цвета старого льда. Его звали магистр Верхов, и он слыл человеком, которого невозможно подкупить, запугать или уговорить. Он выполнял приказы — и только приказы.

— Ректор Дандар, — сказал он, не протягивая руки для пожатия. — Я направлен Советом для проверки состояния дел в академии. Моя задача — оценить вашу компетентность и принять решение о целесообразности вашего дальнейшего пребывания на посту.

— Добро пожаловать, — Ксавьер кивнул, стараясь не показывать раздражения. — Чем могу помочь?

— Можете не мешать, — Верхов прошёл в кабинет, окинул взглядом стеллажи с бумагами, карту на стене. — Я буду работать самостоятельно. Ваша задача — предоставить мне все запрашиваемые документы и не вмешиваться в процесс.

— А моя задача? — поинтересовалась Лисса, стоявшая у двери.

— Ваша — охранять, госпожа начальник стражи, — Верхов посмотрел на неё свысока. — И не отвлекать меня от работы.

Он сел в кресло, которое обычно занимал Ксавьер, и начал изучать бумаги.

Ксавьер переглянулся с Лиссой.

— Мы будем в приёмной, — сказал он. — Если понадоблюсь…

— Я найду вас, — отрезал Верхов.

•••

Первые два дня инспектор изучал документацию. Он запрашивал всё новые и новые папки: приказы о назначениях, отчёты о расходах, рапорты о дисциплинарных взысканиях. Он проверял каждый пункт, каждую подпись, каждую печать.

Лисса следила за ним через магическое зеркало в соседней комнате.

— Он ищет что-то конкретное, — сказала она Ксавьеру. — Не просто проверяет. Он ищет повод.

— Что может найти? У нас всё чисто.

— У нас — да. А у предыдущего ректора? Омэн не был образцом бюрократической аккуратности. Некоторые бумаги могли быть подписаны задним числом. Или не подписаны вовсе.

Ксавьер задумался.

— Ты думаешь, он хочет зацепиться за формальности?

— Это самый простой способ убрать неугодного ректора. Не за происхождение, а за нарушения в отчётности.

— Тогда нам нужно опередить его, — Ксавьер встал. — Найди мне все бумаги, которые касаются последнего года правления Омэна. Проверим, нет ли там дыр.

Лисса кивнула и ушла.

•••

На третий день Верхов вызвал Ксавьера для личной беседы.

— Ректор Дандар, — начал он, откладывая очередную папку. — У меня есть вопросы к вам.

— Слушаю.

— Ваш брат, Дориан Варг, осуждён за убийство. Вы просили о смягчении приговора. Почему?

— Потому что он действовал под влиянием лжи и манипуляций. Потому что он раскаялся. Потому что он — мой брат.

— Семейные чувства не должны влиять на решения ректора, — жёстко сказал Верхов. — Вы поставили личное выше долга.

— Я поставил человечность выше формальностей, — парировал Ксавьер. — Если это преступление — я готов ответить.

— Возможно, придётся, — Верхов сделал пометку в блокноте. — Второй вопрос: ваши отношения с начальником стражи Лиссой.

— Какие именно отношения? — Ксавьер напрягся.

— Вы делите постель. Это создаёт конфликт интересов. Вы можете быть необъективны в оценке её работы. Она — в оценке вашей.

— Моя работа не страдает, — сказала Лисса, входя без стука. — И его — тоже. Мы взрослые люди, способные разделять личное и служебное.

— Я не давал вам разрешения войти, — Верхов поджал губы.