— Мальчики, — сказал князь сыновьям, — возьмите стражу и выясните, кто посторонний был в деревне. Сразу мне доложите. Глен, я не понял, ты ещё здесь? Живо найди её!

Часть стражи отправилась с сыновьями князя, часть — с самим князем и его братом. А парни у ближайшего дома узнали, что сегодня в деревне были сборщики подати.

— Что?! — взревел Михаил. — Какие сборщики подати?! Сколько раз в год эти падлы приходят?

Бабка, видя, что княжеский сын в бешенстве, тихо сказала:

— Так дважды в год, сынок. По весне и ближе к зиме.

— Что?! — воскликнули все трое.

— Вообще страх потеряли...

— Так, бабушка, по своему сарафанному радио передай всем: всё село только что надули на деньги. Этих поборников нужно найти их и придать ответу. Отец будет в бешенстве.

Бабушка сразу убежала к соседкам, и женщины с детьми мигом разнесли новости. А там уже и всё село всколыхнулось. Миша сразу сообщил отцу то, что узнал, и что сделал.

— Хитер, — сказал с усмешкой отец. — Желательно, чтобы их живыми взяли.

— Брать живыми?! — крикнул он. — А то как мы из них деньги выбьем, ваши?

— Нашёл, — услышал Миша с братьями через артефакт связи голос дяди.

Отец завершил разговор и со стражей поспешил к брату.

— Ох, ёлки... Она жива?

— Да, — хрипло сказал Глен, бережно поднимая на руки хрупкую девушку. — Ушиблась сильно, но даже кости не переломала — что чудо, не иначе. Она скатилась сверху.

— Удавлю паршивцев! — рыкнул князь.

Глен вынес меня наверх оврага и понёс к дому. Уже возле него привёл в чувства и подлечил мои синяки.

— Не спеши вставать, малышка, — мягко сказал медведь. — Кто гнался за тобой?

— Их двое было. Они налоги собирают, но врут и не краснеют. Сначала сказали, что с меня десять золотых, а иначе со мной будет то же, что с Литой.

— Что за Лита?

— Травница, что жила до меня в этом доме. Знаю, что она пропала за месяц до моего прихода.

— Что-то ещё сказали? — спросил князь.

— Ну, намерения у них были дурные, потому и попыталась сбежать.

— Ты знаешь Литу?

— Нет, я узнала, как её зовут, только на следующий день после того, как пришла сюда. До этого знала просто про травницу и что её не стало. Мне не сказали, что с ней случилось.

— Кто сказал?

— Я... я не знаю. Звучит слишком странно, но я голос в голове слышала и видела красную прозрачную нить уже когда шла по лесу сюда.

Мужчины переглянулись.

— Иди домой, отдыхай. Соберите дрова и в сени занесите, — приказал князь солдатам. — И да, запри двери.

Я дождалась, пока мне соберут дрова, и закрыла двери. Кто-то из мужчин сразу проверил, что я это сделала, и они ушли. Через пару часов в двери постучали — стук был осторожный. Подойдя к дверям, я спросила:

— Кто?

— Марья.

Я открыла женщине двери. Она оценивающе посмотрела на меня, в руках у неё была моя корзинка.

— Заходи. Сейчас деньги тебе отдам.

— Что с тобой случилось?

— Упала в овраг. А что в селе? Даже сюда было слышно крики.

— Сборщики подати, — она почти выплюнула эти два слова. — Оказывается, они не только князя обманывали, но и простой люд.

Я высыпала деньги из одного кошелька в глиняную тарелку и отсчитала золотой. И отдельно — за молочку. Передала деньги женщине.

— Тебе хоть будет на что жить? — она видела, что у меня осталась горстка меди.

— Будет, не переживай.

— Муж с сыновьями ещё не привезли дрова. Я приду с ними, чтобы тебе было спокойней. К тебе эти сволочи приходили?

— Да, еле ноги унесла. Не только денег хотели.

У женщины шерсть на лице выступила от злости, и глаза поменялись.

— Вот гады! Князь их немного высек и в замок для разбирательств забрал.

Я кивнула ей. Она, окинув быстрым взглядом дом, ушла. А я себе в кошелёк положила ещё пару золотых — в нём было потайное отделение как раз для таких крупных по достоинству монет.

Дрова мне привезли только на следующее утро. Я услышала ржание лошади и говор мужчин. Выглянув в окно, подтвердила, что это муж Марьи с сыновьями и сама женщина. Телега была полная, с горой. Я вышла к ним.

— Доброе утро.

— Доброе, Анна. Показывай, куда выгружать.

Я прошлась к сараю и открыла его. У него были большие ворота — может, когда-то тут была телега и лошадь. Но очень давно, сейчас даже запаха не осталось. Мужчина с сыновьями смог заехать задом, и так им было проще разгружать дрова.