— Отец пишет, что принц заинтересован в покупке наших племенных лошадей. Если всё сложится — это большая удача.

— Но явно есть подвох.

— Да. У меня плохое предчувствие.

— Могу я остаться дома?

Он мягко улыбнулся, положил ладонь на мой ещё небольшой живот.

— Я бы хотел, но нет. Мы живём на границе, ехать всего два дня. Дорога лучше, чем из деревни. И тебя не будет так трясти. Но ночевать придётся на улице — деревень по пути нет. Соорудим тебе кровать в карете.

Мы ещё немного обсудили поездку, и я ушла к себе. Попросила Маю съездить в город и купить запас определённых трав.

— У меня плохие предчувствия, — сказала я. — Я расскажу тебе, какие травы как заваривать и от чего они. Если со мной что-то случится — это может помочь.

Доехали мы до соседней страны на удивление спокойно. Дорога оказалась ровной, трясло гораздо меньше, чем я ожидала. Но была одна проблема — меня сильно укачивало. Из-за этого я почти не ела, только по вечерам, когда мы останавливались на ночлег.

Рихард любил сидеть рядом, держать руку на моём животе. Он уже ощущал лёгкие шевеления ребёнка. Своим родителям он до сих пор не сказал, что скоро станет отцом. Видимо, собирался обрадовать их при встрече. Если бы мы знали, зачем нас позвали — не поехали бы.

Неладное почувствовали сразу, как прибыли к дворцу в вечерних сумерках. Нас окружила охрана. Меня подхватили под локти и увели прочь.

— Что происходит?! — закричал Рихард, пытаясь отбить меня.

— Твои родители откупились твоей женой, — холодно произнёс княжич. — За то, что твой брат опорочил мою сестру, и она покончила с собой. За это полагается двести плетей. Если она выживет — я верну её тебе.

— Лучше бы вы убили моего брата! — крикнул Рихард, глядя княжичу в лицо. — Моя жена беременна! Уже половина срока прошло. Я не прощу ни вас, ни свою семью.

— Мне жаль. Но своего слова я не могу отменить. Солдаты проводят вас к родителям и брату.

Рихарда буквально силой затащили к родным. Мая, перепуганная, бежала за ним, прижимая к себе сумку с травами и молясь, чтобы я выжила.

Увидев родителей, Рихард сказал зло:

— Ненавижу вас. Будьте прокляты. Ненавижу всем сердцем.

Мать схватилась за сердце и театрально упала в обморок. Отец был мрачным. Брат, весь в синяках, старался не встречаться с младшим взглядом.

— Сын, не кипятись, — попытался успокоить его отец.

— Вы так ненавидите меня, что решили забрать мою жену?! Мать моих детей?!

— Будет у тебя другая жена. Она родит тебе детей.

— Анна уже была беременна. Ваш внук уже толкался в её животе, — прорычал он.

А потом увидел брата — и кинулся на него. Только вмешательство стражи спасло Дамиана от гибели.

Я пережила побои, но потеряла ребёнка. Меня выхаживали Рихард и Мая. Травы, что я взяла с собой, буквально спасли мне жизнь. Очнулась я на третий день, чем удивила целителя и всех остальных.

В душе была пустота. Я не винила мужа — слышала, как он кричал, когда меня забирали. Слышала, как он проклинал родителей. Он видел мёртвым своего сына — и это сломало его.

Когда меня пришёл навестить княжич, Рихард загородил меня собой. Он был похож на разъярённого зверя. Княжич это понял.

— Как ваша жена?

— Явно не вашими молитвами, — огрызнулся Рихард.

— Я был в своём праве.

— Будь вы мужчиной, убили бы моего брата, а не моего нерождённого сына.

Княжич Севран вздрогнул, словно от пощёчины. В его взгляде мелькнули злость и отчаяние. Он молча вышел.

— Когда мы можем уехать?

— Не сегодня, — ответил он спокойно. — Я вызову целителя. Посмотрим, что он скажет.

Целитель настоял, чтобы я ещё неделю лежала. Уехать мы смогли только через две недели. Нам принесли извинения от правителя страны — оказалось, всё это провернули за его спиной. Княжича Севрана и Дамиана высекли.

Рихарду предложили заключить договор на поставку породистых лошадей. Он заломил цену вдвое выше обычной — и не уступил ни на йоту. Правителю пришлось согласиться, скрипя зубами.

Домой мы ехали втроём — я, Рихард и Мая. Муж держал меня за руку, бережно, молча. Нам обоим было тяжело. Чем ближе мы были к замку, тем яснее я ощущала — это мои последние дни здесь.

Однажды я подслушала разговор, который поверг меня в шок.

— Если князь узнает, что случилось с его дочерью — нам не сносить головы, — вещала свекровь.

— Мама, ты драматизируешь, — зло огрызнулся Рихард.