Каждый выдох давался пленнику с трудом. Ему казалось, что смерть пришла к нему. И топчется на нем. Топчется и топчется…

Так и хотел сказать что-то вроде: «Уходи, костлявая!», но вместо этого мог лишь угрожающе стонал и сопел.

С трудом разлепив глаза, он как на нем гнездится тонконогий комар.

– Фея, убери комара с груди… , – простонал пленник. – А то он мне всю грудь истоптал!

– Он тебя греет, – послышался голосок из темноты.

Ей не спалось.

– Не знаю, что он там греет… – открыл один глаз пленник. – Но душу он мне точно не греет!

– Он же добра тебе желает! – послышался голос феи. Она согнала комара, который все никак не мог угнездиться, и прилегла сверху.

– Спасибо, вся семья в сборе, – простонал пленник, пытаясь сделать вдох. Но ему стало теплее.

В следующий раз он проснулся, когда за окном стояла глубокая ночь. Где-то кричали совы, скрипели цикады, а в лунном свете на его груди лежала фея. Она вцепилась маленькими кулачками в его одежду, словно не хотела отпускать. Комар спал на потолке. А спал ли?

– Ну вот что мне с тобой делать? – прошептал пленник. А его сердце защемило какой-то странной нежностью. Рана не болела, не ныла.

Рука пленника легла поверх золотистых волос феи и осторожно провела по ним.

– Я не могу вернуться домой, – прошептал он, боясь спугнуть это волшебство. Тонкое крыло, словно витраж бросало разноцветные тени на стену. – Нужно, а я не могу… Вот она какая, магия фей…

Фея спала, прижавшись щекой к его груди, словно вслушиваясь в биение сердца.

– Сначала вы кажетесь противными и глупыми, а потом… Скажи честно, это какая-то магия?

Голос в темноте звучал настолько тихо, что не мог разбудить даже комара.

– Колдовство, чары? – шептал пленник, снова проводя рукой по золотистым волосам. – Ты знаешь о лесе все, но ничего не знаешь о мире за его пределами. Я знаю все о мире, но не про лес…

В комнате было тихо. Казалось, даже столбики пыли, поднявшиеся невесть откуда, ждали продолжения.

– Фальшивые улыбки и настоящие бриллианты против искренней улыбки… – пленник посмотрел на фею, которая едва заметно улыбалась во сне. Но по ее щеке текла слеза, сверкая в лунном свете, как настоящий бриллиант. – И фальшивый бриллиант…

Он вспомнил ту маленькую фею с мушиными крыльями. У всех маленьких фей крылья полупрозрачные, почти бесцветные. Она сидела и смотрела на него огромными и зелеными глазами.

– Давай я смою кровь, и мы посмотрим твои раны? – слышал он свой тихий голос. – Не бойся… Я не причиню тебе зла… Покажи мне лицо…

Воспоминания вернули его на несколько часов раньше. Когда войско уже подошло к белоснежному замку. Его трудно было не найти. Его шпили возвышались над древним лесом.

– Пора бы тебе, сынок, проявить отвагу и мужество! – послышался голос отца. – Как будущему королю! Веди войско!

Он помнил, как ворвался во дворец вместе с войском. Это был не тот подвиг, которым хотелось гордиться!

Как вдруг он увидел маленькую девочку, которая металась по коридору. На ней было белое, рваное платье и маленькая капелька – диадемы. На ее щеке была кровь, заляпавшая шею и платье.

– Помогите! – шептала девочка, глядя огромными, наполненными слезами глазищами. – Мама! Папа!

Вырвавшись из пламени, он чувствовал, как под плащом тихо плачет ребенок.

– Дворец взят! Я догоню тех, кто позорно сбежал! – крикнул он. Конь мчался по лесу, хрустя ветками.

– Тише, тише, – шептал юный принц, прижимая к себе ребенка. – Так, нас здесь никто не найдет! Вылезай, малышка!

«Отец меня убьет!», – пронеслось тогда в голове юного принца. Он осмотрелся по сторонам, проверяя, нет ли кого?

– Ты как? – спросил принц, впервые в жизни видя настоящую фею. Ее губы дрожали, а глаза наполнились слезами.

– Бабушка, – всхлипнула она, трясясь и обнимая себя двумя руками.

– Я тебя пугаю? Забыл про шлем! – выдохнул принц, не снимая с себя шлем, украшенный короной.

– Как тебя зовут? Ты не ранена? Больно?

Десятки вопросов оставались без ответа.

– Ну чего ты так трясешься. Я ничего тебе плохого не сделаю! Самое страшное позади, – успокаивал принц, обнимая маленькую перепуганную девочку.

– Мама… – шептала она, когда он прижал ребенка к своему доспеху. Он держал ее осторожно, чтобы не повредить нежные тонкие стрекозиные крылышки.

– Папа, – эхом шептала девочка, продолжая дрожать.

Принц помнил, что его встретило войско. И это были не феи. Люди защищали фей. Мужчины с оружием и в доспехах вышли на защиту дворца. Они ничем не отличались от рыцарей.

– Они не сделали вам ничего плохого! – слышал он их голоса. – Убирайтесь из леса! Вы пройдете только через наши трупы!

– Мона, – послышался тихий голосок.

– Что?! – дернулся принц. – Тебя зовут Мона? Красивое имя. А я думал, что Камелия или… Роза!