Но шкатулка, стоявшая передо мной и своим плоским боком портящая весь вид, тонко намекала на то, что до совещания, в котором я участвовать совершенно не хотела, осталось всего полчаса. И игнорировать этот факт получалось все сложнее.

Какая-то давно забытая часть меня настаивала на том, что можно просто «забыть» переговорный артефакт на столике. Скажем, отвернуться на секунду, увлечься чайкой, и все. Полминуты сожаления, и вот уже кто-нибудь другой найдет шкатулку и будет счастлив. Ну, сначала испугается, когда увидит список рабочих вопросов от шефа, но потом, непременно проникнется счастьем. Ведь известно: дорогой, случайно найденный артефакт символизирует неслыханную удачу. Или, по крайней мере, бесплатную переговорную шкатулку последней модели.

Но другая, более ответственная часть меня не могла так сделать. К тому же совещание продлится всего час. Ну, полтора. И это вроде бы не так уж и много… Или все же от отпуска много? Каждый час на море стоит трех часов в офисе — по курсу внутреннего счастья. А тут полтора. Я мысленно прикинула потери и поморщилась.

Именно эти мысли я обдумывала, когда после завтрака брела по кромке воды по направлению к пирсу. Босые ноги утопали во влажном плотном песке, волны лизали щиколотки, оставляя на коже крупицы соли. До совещания еще оставалось немного времени — как раз хватит, чтобы дойти до пирса, полюбоваться с него морем и выбрать себе шезлонг, с которого можно будет подключиться к этой неизбежной каторге.

— Маиса! — окликнули меня по имени.

Я вздрогнула и резко обернулась, едва не уронив шляпу. Вчерашнее знакомство с извозчиком почти вылетело из головы — ну, почти, если не считать пары мимолетных воспоминаний о черных волосах и наглой улыбке. Поэтому в первую секунду я испугалась: кто еще тут знает мое имя?

Возле самого пирса Нико швартовал небольшую прогулочную яхту — белоснежную, с изогнутым носом, медными поручнями и легким магическим мерцанием вдоль борта. Судно мягко покачивалось на волнах, будто пританцовывая.

— Не хочешь ли прокатиться по островам? — крикнул он, ловко набрасывая канат на причальную тумбу.

Я ступила на пирс и подошла поближе. Посмотрела на мужчину сверху вниз, потому что стояла на пирсе, а палуба яхты была чуть ниже. Нико сегодня был в красной бандане, лихо завязанной на затылке, и полосатой пиратской тельняшке без рукавов, открывающей загорелые плечи, на одном из которых вилась замысловатая татуировка. Выглядело это одновременно странно и… почему-то чертовски привлекательно. Темные волосы выбивались из-под банданы, а на лице застыло выражение ленивой самоуверенности.

— Нет, — осторожно заметила я, стараясь не пялиться на его бицепсы. — Пожалуй, откажусь.

Я пыталась понять: это попытка заманить меня на свидание, которое мне совершенно не нужно, или деловое предложение? Может, он устраивает экскурсии для туристов? Но Нико не пытался как-то облегчить мне жизнь и пояснить.

Он лишь усмехнулся, скрестил руки на груди и продолжал смотреть на меня снизу вверх, щурясь от солнца.

— И почему же? Какой отдых на море без прогулки на яхте?

— У меня другие планы, — пафосно отозвалась я и поправила шляпу, сдув с лица выбившуюся прядь.

И, наверное, на этом бы все и закончилось. На лице мужчины промелькнуло едва заметное огорчение, но он быстро взял себя в руки, снова надел маску ленивого безразличия. Сама я тоже испытала легкое разочарование, но все же развернулась, намереваясь уйти с пирса, с обзором окрестностей как-то не задалось. Да и время уже поджимало. Но тут шкатулка предательски блямкнула.

Ну конечно, за пять минут до начала совещания шеф всегда делал рассылку, чтобы никто, не дай боги, не забыл и не опоздал. Артефакт порадовал меня еще одной короткой трелью, сдав меня с потрохами случайному знакомому, которого почему-то сильно волновало качество моего отдыха.

— Серьезно, Маиса? — удивленно сказал Нико, приподняв бровь. — Ты самая упорная женщина в стремлении испортить свой отпуск. У тебя весь чемодан забит переговорными артефактами?

— Это не я… серьезно, клянусь! Меня подставили! — выпалила я и тут же пожалела. Потому что, зачем? С какой стати я вообще перед ним оправдываюсь? Я же не обязана объяснять, почему вместо плескания в море, прогулок или поглощения коктейлей слоняюсь по пирсу с переговорным артефактом в руках.

Нико хмыкнул с явной насмешкой. А потом одним легким, почти небрежным прыжком оказался прямо передо мной на пирсе. Я от неожиданности взвизгнула, шарахнулась назад и почувствовала, как шкатулка выскальзывает из рук. А этот мерзавец вместо того, чтобы поймать ее, легонько дернул меня за локоть, будто пытался удержать. Дорогущий переговорный артефакт, разразившийся очередной пронзительной трелью, жалобно подпрыгнул на досках пирса, перевернулся в воздухе и с громким плеском отскочил прямо в воду.

— Нет-нет-нет! — завопила я, подбежала к краю и уставилась вниз.