Лифт остановился. Двери открылись, выпуская Полину в длинный коридор с мягким ковровым покрытием и дорогими прямоугольными светильниками на стенах. На ресепшн играла тихая музыка. На этаже пахло дорогим парфюмом, свежесваренным кофе и чем-то, что Полина про себя называла «запах денег» — нечто неуловимое, но отчетливо присутствующее во всех крупных офисах богатых компаний. Запах чистоты, дорогих кожаных кресел, новой недешевой мебели, идеально настроенной вентиляции — видимо, из этого складывалось сочетание. Хотя в этот день показалось, что к этому необъяснимому аромату примешивается что-то еще. Что-то очень нервирующее. Хотя, казалось бы, куда дальше? Полина и так дрожала, как кролик перед удавом. А она еще даже не занесла букеты.

— Приемная Волкова-Борейского? — спросила она у проходящей мимо девушки в строгом костюме после того, как показала паспорт охраннику возле дверей.

— Третья дверь направо. Вы, полагаю, курьер из цветочного?

— Да.

— Я провожу вас, — улыбнулась девушка, встряхнув блондинистой копной волос. — Будет лучше, если вы оставите куртку в шкафу за ресепшн.

Полина кивнула и на деревянных ногах прошла направо от стойки, где одна стена оказалась дверьми длинного шкафа-купе. Внутри висели куртки сотрудников, туда же она повесила свой пуховик, потом наспех глянула на себя через камеру телефона, причесалась и поморщилась: она ощущала себя дешевкой в этой атмосфере запредельного богатства. Вся раскрасневшаяся от мороза, с синяками под глазами почти без макияжа, с исколотыми шипами роз руками — замученная девушка с зарплатой, которой едва хватало на пропитание и коммуналку. А нарисованный Кони румянец, казалось, только делал похожей на клоуна. Грустного клоуна эксцентрика в театре этой жизни.

«Ладно, соберись! У тебя есть дело!» — решила Полина, вскидывая голову. Если уж она пришла продавать цветы, то не имела права сутулиться и испуганно мямлить. От нее теперь зависел имидж их салона, доверие к бренду «Лунной Орхидеи».

Полина пошла по коридору, стараясь не сбить дыхание. Пальцы, сжимающие ручки коробок с букетами, вспотели. Она перехватила веревки поудобнее и снова мысленно приказала себе успокоиться: «Соберись, ты просто флорист. Ты просто показываешь букеты. Не состоится сделка — не уволят. Будешь дальше собирать композиции, паковать подарки и варить мыло. Ничего страшного не происходит».

Приемная оказалась именно такой, как Полина и представляла: стильный минимализм в серых тонах, прямые линии, матовые стеклянные двери переговорных возле кабинета Гендиректора, кожаные диваны, журнальные столики с глянцевыми журналами, кофемашина в углу.

За стойкой ресепшен сидела девушка в строгом костюме и что-то печатала, изредка поглядывая на Полину с вежливым любопытством.

— Присаживайтесь, — кивнула она на диван. — Игорь Борисович скоро освободится. У него совещание. С отцом. Сделать вам кофе?

— Спасибо, не надо.

Полина села, стараясь изящно скрестить ноги (хотя в привычных берцах едва ли получилось изящно), и аккуратно поставила коробки с цветами рядом. Она оглядела Приемную еще раз. В углу на столике возле кофемашины стояли фотографии в серебряных рамках, с которых смотрели какие-то люди, которых Полина, разумеется, не знала, но которые явно были частью компании. Дорогие костюмы, широкие улыбки, уверенные позы. На одной из фотографий она узнала Игоря Борисовича. Он стоял рядом с пожилым мужчиной, вероятно, отцом, и они вместе держали диплом. Похоже, диплом выпуска Игоря из школы управления Сколково.

«Счастливые, — подумала Полина. — Уверенные. Знающие, кто они и зачем живут».

Она отвернулась. Сравнивать себя с ними было бесполезно и больно.

— Девушка, вам точно кофе не принести? — снова спросила администратор. — Вы такая бледная.

— Нет, спасибо. Я просто... не выспалась.

Личная помощница понимающе кивнула и вернулась к своим делам.

«Волковы-Борейские... Что я о них знаю?» — подумала Полина, пытаясь вспомнить все, что когда-то рассказывали родители. Старинный боярский род. Оборотни чистейшей крови. Их клан славился тем, что никогда не вступал в союзы с темными магами, даже когда это было выгодно. А когда приходилось сражаться с иномирными пришельцами в Измерении Могущества, они проявлялись себя как одни из лучших воинов.

Покойный отец как-то говорил: «Если с Волковыми-Борейскими дружить, можно не оглядываться, не бояться, что тебя ударят в спину. А если враждовать — лучше сразу уйти в другой мир».

Полина тогда не придала значения этим словам. Теперь они всплыли в памяти и отозвались холодком под ложечкой.