— Да ты сама! — девица распылялась. — Ты! — пыталась за что-то зацепиться в моей внешности, не вышло. — Дешевая обслуга!

— Что здесь происходит?! — у нашего кошачьего концерта появились зрители в количество одного бывшего мужа. Ну и что ему надо? Кофе?

— Ой, Давид Каримович, — девка сразу кривится перестала, губы округлила, грудь вперед, — тут такая нахалка просто…

— Ясно чья шлюха, — махнула рукой я. — Твой типаж.

— Черт, Лота, — затем на барышню. — Ты вообще, кто такая?

— Я работаю у вас, — обиженно хлопнула ресницами. — Помощник администратора.

Я фыркнула. Понятно, что она там администрирует: хозяйственный учет наполненности штанов руководство блюдет.

— Вон пошла. Чтоб я тебя не видел, — и надавил голосом: — Вообще, — затем повернулся к Асе и улыбнулся своей фирменной улыбкой: — Надеюсь, вы плюнули ей в кофе?

— Нет, — заторможено покачала головой, рассматривая Черкесова во все глаза. Молоденькая совсем, а этот мужчина умел производить впечатление. Мама сказала, что ему уже невесту ищут. Интересно, нашли?

— Но ты, жена, точно плюнула? — дерзко осмотрел меня. Так… так… Словно бы я ему нравлюсь. Это какую игру затеял Давид Каримович? Он просто так ничего не делал.

— Что тебе нужно? — равнодушно бросила. Черкесов вампир и всегда требовал от меня эмоций, опустошал, выпивал и выбрасывал, пока энергию не восстановлю. Больше такого не будет: для него осталось только равнодушие.

— Мы можем поговорить? — Давид стал серьезен. Я осмотрелась: людей вроде немного, и я пока никому не нужна.

— Ася, я на минуту, — кивнула напарнице. — Слушаю? — мы вышли на улицу.

— Парней завтра забираю с поезда.

Я знала, конечно. Сыновья возвращаются.

— Поедешь встречать со мной?

Я изумленно перевела на него взгляд: что? Давид не собирался рассказать им свою правду о блудной матери?! С чего бы?!

— Ты всегда их сам забирал. Зачем там я?

Нет, на это все я не поведусь. Это ловушка. Если я окажусь дома с сыновьями, то меня оттуда больше не выпустят. По глазам вижу. Давид с чего-то вдруг решил, что я ему нужна.

— Нам же нужно рассказать им. Плавно, понимаешь. Не рубить с плеча, Лота, — и вот он уже держал мои ладони в своих: гладил и разминал, а я молчала и позволяла. Кобра и ее факир.

— Я увижусь с ними послезавтра, — выдернула руки. — Я уже написала мальчикам, что не дома и все объясню при встречи.

— И что скажешь? — надменно вскинул голову, щурясь на яркое солнце.

— Что не сошлись характерами, — сладко улыбнулась и схватилась за ручку двери.

— Ты хоть мне правду скажи? — прижал дверь, что не войти не выйти. Никому. — Почему ты ушла, Лота?

Я развернулась, улыбнулась привычной для него стервозной ледяной улыбкой.

— Считаешь, у меня не было достаточных причин?

— Мы пятнадцать лет вместе! Да, причин дохрена накопилось, но, черт возьми, это слишком неожиданно для тебя! И для меня! Мы ведь прекрасно отравляли друг другу жизнь! Что изменилось?! — на последних словах практически рычал, словно не хотел всего этого говорить, но вырвалось.

— А я больше не хочу никому отравлять жизнь, Давид, — привстала на носочки и пальцами царапнула щетину. Я ведь никогда не флиртовала с собственным мужем. Разве что перед свадьбой. Но это давно было и совсем уже неправда. — Даже тебе. Ешь, молись, люби… — и едва уловимым движением коснулась его губ своими. Да, меня больше не пугала и не волновала его близость. Почти.

— А тебя можно? — обхватил мою талию. Сжал, к себе привлек.

— Есть не нужно. Молятся в одиночестве, а любить ты не умеешь, — вырвалась и вернулась в кофейню. Ася и так зашивалась.

Влад приехал к концу рабочего дня. Я закрыла ему брешь в официантах, и бывать здесь каждый день уже без надобности. Но в мои смены мы встречались так или иначе. Он заезжал или утром, или днем.

— Влад, — подошла к нему, когда закрыли кассу и все засобирались домой, — мне нужен выходной завтра и послезавтра. Дети возвращаются, нужно подготовиться.

— У тебя есть дети? — он был удивлен.

— Есть. Трое.

У Влада бровь дернулась, но он продолжал улыбаться, да и во взгляде всевозрастающий интерес.

— Лота, а ты давно гуляла по вечерней Москве?

— Мне кажется… — я задумалась. Сколько пафосных вечеринок и благотворительных вечеров. Званных ужинов и роскошных банкетов. Но ни одного просто так… — Никогда не гуляла.

— А планы на сегодня есть?

Я отрицательно покачала головой.

— Хочешь, покажу настоящую ночную Москву?

— Хочу… — не задумываясь. У него глаза горели, когда смотрел на меня. Я тоже желаю так, просто попробовать…