— Познакомься, это Ляля, — радушно улыбалась мама. И тут я заметил на диване девушку. Брюнетка, фигуристая, достаточная молодая, но не юная девственница точно. Взгляд кроткий, но хитрый. Актриса. Не люблю таких.

— Это дочка моей подруги Сары. Старшая, которая в Европе долго жила. Вот вернулась: никого не знает, я и ввожу ее в наш круг.

— Здравствуйте, Давид, — протянула руку по-деловому. Я пожал.

Если честно без деликатности и дипломатии. Никакого ручкацелования.

— Давайте за стол, — мама подталкивала нас ко входу в столовую. Ляля щебетала и кокетливо улыбалась, а я не понимал, какого художника здесь происходит?

— Стоп! — прервал суету, звон тарелок, хруст французских булок. — Мам, можно тебя на минутку? — подхватил наигранно смелую, но немного оробевшую мать под локоть и повел в свой кабинет на первом этаже. — Объяснишься? — припечатал взглядом. Она стушевалась, но пыталась храбриться.

— А что такое? М? Хорошая девушка: красивая, умная, начитанная. Из прекрасной семьи…

— А зачем мне такое сокровище? — задумчиво нахмурился.

— Так как же! — мать от удивления икнула. — Тебе нужна хорошая женщина рядом. Я не настаиваю на Ляле, но советую присмотреться.

— Ты как отец хочешь мне жену навязать?

Как-то не сходится: мама всегда на моей стороне была, Лоту ругала, не одобряла нашего брака по принуждению, а сама чем лучше?!

— Конечно, нет, сынок! — бросилась ко мне, погладила, обнять хотела. — Я беспокоюсь, что ты один с мальчиками будешь. Я-то поживу у вас, но мужчине нужна женщина, а не мать, — горько вздохнула. — А Ляля очень хорошая девочка, очень. Боюсь, я сынок, что твоя змея обратно приползет. А ты ж примешь ради детей, — и даже скупую слезу пустила.

— Ясно, — задумчиво произнес. — Ну пошли знакомиться тогда, — обнял и повел обратно просиявшую мать. — Ляля, — улыбнулся самой обаятельной улыбкой, — иди-ка ты отсюда нахрен.

Мать застыла и побелела, рот беззвучно как рыба открывала, но не знала, что сказать.

— А ты, — перевел взгляд на дорогую родительницу, — поезжай домой. Подумай над свои поведением, женщина! Я сам позвоню, когда перестану злиться на тебя.

— Но Давид… Как же! Я же мать!

— Зиля! — крикнул наперсницу Лоты. Они долго в одной упряжке тянули хозяйство. Даже если не подружились, то жена доверяла этой женщине быт и сыновей. Значит, она надежная. — Собери вещи Эльвиры Собировны, — и снова на мать: — Это спальня Лоты Равилевны, а уж никак не твоя.

— Да как ты смеешь! Я тебя рожала, кормила, растила!

— Все, на выход, — кивнул испуганной Ляле. — И ты домой поезжай: возьмите такси одно на двоих и перемойте мне кости. Вещи завтра тебе отправлю.

Почему я взъярился? Да потому что по привычке пошел к жене в спальню: так, подумать над жизнью тяжелой, а там хозяйка обосновалась — мама моя. Я знатно ошалел, велел выбрать другую комнату, а лучше вообще вернуться восвояси. Но воз и ныне там. Значит, нужно действовать жестко. А вот что дальше?

Я завалился на кровать с ногами, в обуви и принял решение. Очень важное. Я верну Лоту! Сделаю все, чтобы жена снова влюбилась в меня. Было такое уже, просто я высмеял и самолично уничтожил ее чувства. Но я смогу. Должен смочь! Обязан просто!

Глава 12

Лота

Я уже работала целых десять дней, не считая выходных, естественно. Вроде бы ничего сложного, у меня неплохо получилось, но без конфликтов не обошлось. Люди разные, я и сама не подарок, но иногда самая обычная среднестатистическая женщина или мужчина, возьмет кофе, а гонора словно остров в Индийском океане приобрела! Тогда я выпускала на свет Лоту из прежней жизни: она взглядом дыру прожигала, прямо как сейчас:

— Девочка, ты можешь шевелиться быстрее. Я опаздываю.

Асей, делавшей крепкий капучино, понукала какая-то расфуфыренная стерва. Явно чья-то секретарша из бизнес-центра, не выше. Женщины, наделенные реальной властью, наоборот, более снисходительны к обслуживающему персоналу. Эта явно из принеси-подай, декольте поглубже, юбка покороче. В офисе у Давида все такие. Кастинг, что ли, для них особый проводят: повульгарнее и понахальнее, размер третий, ноги от ушей.

— А вы что так смотрите? — нервно передернула плечами клиентка. Да, под моим взглядом сдувались даже матерые волки.

— Запоминаю, — хищно улыбнулась. — Порчу на тебя наведу, — да, я насмехалась. Давид всегда мне говорил, что я на ведьму похожа: взгляд тяжелый и пронзительный. — Силикон из сисек вытечет, — внимательно осмотрела девицу, — из губ гиалуронка. Лоб морщинами пойдет без ботекса. Ну и эта безвкусная реплика на лабутены… Сама красила?

— Да вы что! Да я вас! — пыхтела и краснела девица. — Я на вас такой отзыв напишу! Везде!

— Зря ты… — шепнула Ася. — Она нам рейтинг испортит. Влад не оценить, — покачала головой.

Да, пожалуй, зря, но мне пока сложно удержаться в рамках.

— А я десять положительных отзывов напишу, — улыбнулась ободряюще. А таких зарвавшихся сук воспитывать нужно.