Утром просыпаюсь не от будильника или детских криков за дверью, а оттого, что прекрасно выспалась.

Чудо какое-то!

Солнечные лучики пронизывают тонкую льняную занавеску прямо насквозь.

Никто не прибежал требовать завтрак. Никто не ревёт и не потерял с утра свои носки.

Не может такого быть!

Потягиваюсь на кровати с наслаждением и задеваю рукой какой-то листик.

Беру его и читаю послание, оставленное мужем:

«Высыпайся, мы ушли на рыбалку».

Сонно моргаю, вчитываясь в знакомый почерк. Глаз цепляется за букет жёлтых тюльпанов, оставленный на тумбочке рядом с моей кроватью.

Не-е-ет, дорогой, я тебе не верю! Ты притворяешься хорошим. Я знаю, что ты делаешь это не искренне. Стоит мне только простить, и ты быстро станешь прежним.

А потом, как и раньше, перестанешь меня замечать…

Кира считает, что я обманываю её, когда говорю, что люблю.

Не доверяет. Старается избежать контакта. Не дать почувствовать мне и себе, что ничего между нами ещё не кончено.

Я не знаю, как убедить её в обратном. Есть ли на свете такие слова, чтобы выразили то, что я чувствую? Чтобы она поверила в это.

Я и раньше любил её. Просто не так. Наверно, считал, что вся эта романтика и сантименты нужны только девчонкам. Вот и верность не рассматривал, как обязательное условие.

Кира заслуживает верности. И любви. И романтики. Эта женщина заслуживает всего.

Я бы пожелал ей и лучшего на свете мужа, но тут придётся смириться с тем, что я несовершенен. Другому я её не отдам. Так что остаётся только становиться лучшим для неё самому.

Не думал, что любовница может открыть глаза на то, что любишь жену.

Но стоило Але занять место Киры, и всё пошло прахом.

И я не о быте, с которым я без жены не справился. Как раз с бытом я и не мог справиться, потому что меня ломало. Без Киры.

Сначала я даже не понимал, в чём причина. Считал, что поступаю правильно.

Идиот.

Обидел её так, что теперь не расхлебать.

Стоило Кире уйти, и меня потянуло следом. Как ослика, привязанного верёвочкой.

Всё стало серым. Дом будто опустел несмотря на кучу детей. Все чувства к Але свелись к раздражению.

Я ощущал что-то похожее после смерти моей первой жены, Оли.

Но я не очень-то умею анализировать это. Казалось естественным, что жизнь стала серой и неинтересной. Это же нормально, когда испытываешь горе.

Я привык к такой жизни на много лет. Зачерствел. Закрылся. Тёплые чувства вызывали только дети. И ещё, пожалуй, моё ремесло. Работа с деревом всегда заставляла меня чувствовать себя на своём месте.

А потом появилась Кира. Она по капельке оживила меня. Очень незаметно для меня самого. Отогрела своей доброй душой, и я снова почувствовал себя мужчиной.

Проблема только в том, что я не признал её заслуги в этом. Я принял всё как должное. Именно тогда у меня появилось желание двигать бизнес. Появился азарт к жизни. Желание добиться чего-то большего.

Кира вдохнула в меня это.

А когда я так облажался, что она ушла, всё и закончилось.

Силы сразу куда-то делись. В бизнесе пошла проблема на проблеме, а мне и решать их не хотелось. Ничего не хотелось. В том числе и бессмысленных отношений с Алей.

Я даже не понял, что чуть не потерял детей.

Уже потом, когда Кира в очередной раз спасла меня, выходив после ветрянки, я понял, как близок был к тому, чтобы всё потерять. В том числе к тому, чтобы потерять себя.

Что бы я делал, если бы лишился своих детей? Спился бы к чёрту. И очень быстро.

У Киры есть дар питать добром людей вокруг. Мирить их. Делать чуточку лучше.

Именно она душа нашей семьи. Сердце дома. Надеюсь, она всё же не отрежет меня, как заражённую гангреной ногу. Я постараюсь стать тем, кого она заслуживает.

И да, я всё ещё считаю, что у неё, чёрт побери, нет выбора.

Потому что я никуда не денусь. Буду ходить за ней до конца наших дней. Не отдам её никому.

Это моё сокровище. Моё счастье. Да, я чуть не потерял его и, возможно, не заслуживаю прощения, но сдаваться не собираюсь.

Я завоюю любовь жены заново.

Вернуть хорошее отношение детей оказалось проще. Хотя я виноват и перед ними. Не смог справиться. Облажался по всем фронтам. Но малыши простили меня почти мгновенно.

Сердце щемит, когда я вспоминаю о том, сколько всего упустил. Если бы не Кира, которая страховала меня даже тогда, когда я был уверен, что смогу обойтись без неё, моя семья развалилась бы.

Ксюша оттаивала дольше. Была холодна со мной, как и Кира. Отвергала моё желание помириться. Но и она, в конце концов, приняла блудного отца.