— Не бойся, я сейчас подойду и к генералу, — продолжил он мягким добродушным голосом, выставив вперед руки. — Но прежде хотел побеседовать с тобой. Мне важно, не удерживает ли он тебя насильно, противясь воле богини. И не нужна ли тебе помощь?

— Помощь? — пробормотала Василиса.

В голове вспыхнула надежда, но тут же погасла. Ничто не помешает этому человеку наобещать ей с три короба, а потом выкинуть где-нибудь на обочине или в лесу ее хладное тельце.

— Ходят слухи, ты из другого мира, — продолжил мужчина. — Если это так, то храм постарается вернуть тебя обратно. Мало ли что может случиться, если существо из другого мира, да еще с такими способностями останется здесь.

— Вот как? Только в храме об этом знают? — скептически хмыкнула Василиса.

Мужчина улыбнулся. Освещение в палатке не позволяло хорошо рассмотреть собеседника, только было понятно — он довольно молод, ни бороды, ни морщин не виднелось на его лице.

— Амрот тоже знает, но его никогда не волновали жизни окружающих, — с горечью в голосе ответил он. — Сочувствие ему не ведомо. Ведь уже в возрасте пятнадцати лет он убил собственную мать.

Василиса отшатнулась и едва не упала. Рыцари сразу повернулись. Мужчина же перед ней вновь стал лекарем Фаиром.

— Я представлюсь генералу и запрошу проверку твоих способностей, — произнес он, — а до тех пор подумай, о чем я тебе сказал.

Он вышел, а Василиса бестолково смотрела ему вслед.

— Сестричка, ты уйдешь от нас? — спросил мальчуган лет пяти, выглянув из-под одеяла. — На небеса к Всевышнему Гелиону?

Василиса только нервно пожала плечами и погладила ребенка по голове. Она ничего не понимала. Неужели у нее есть шанс вернуться без Наиши? А как тогда эти люди? Скольких Элемиан убьет в очередном приступе? Свою мать он убил так же? Да, наверняка это была случайность. Вот такая ужасная случайность, когда он не контролировал себя. Василиса подумала, как должно быть тяжело ему жить, зная, что он виноват в смерти собственной мамы.

Но лучше бы уточнить. А то может быть, это вообще слухи. Василиса отправилась с рыцарями искать Ройнона. Он ведь не просто подчиненный, судя по всему, а помощник и товарищ генералу-монстру. Может быть, он знает, что тогда произошло. И если сказанное жрецом правда, то не лучше ли остаться? Если она приносит пользу, спасает Элемиана от этих ужасных приступов, а людей от него, то она и правда нужнее здесь, чем в своем мире. Да и ничего не случится с мирозданием, ведь они с Наишей равноценно поменялись.

Ройнона она нашла не сразу в общей палатке-казарме на несколько солдат. Он лежал там один и читал книжку под светом магического камня.

— Василиса? — удивился он.

— Можно поговорить с тобой наедине? — спросила она, и Ройнон кивнул рыцарям, чтобы те вышли.

— Что случилось? — Он сел и отложил книгу, когда рыцари скрылись за пологом. Вот хоть помощнику генерала доверяют.

— Мне сказали, Элемиан убил собственную мать, — начала Василиса, хоть и было довольно неловко говорить об этом. — Это из-за приступа случилось, да? Он, как и в тот раз, потерял контроль?

Ройнон помрачнел и поднялся на ноги.

— Кто тебе сказал это?

— В лагерь пришел жрец из храма, — не стала лукавить Василиса. — Он сказал, что хотел поговорить со мной прежде, чем отправится к Элемиану.

Ройнон вздохну и опустил плечи.

— Так это правда, да? — Василиса попыталась представить, что он чувствовал тогда, и невольно сжалось сердце. Как ему не повезло родиться с такой ужасающей способностью.

— Не совсем так, — туманно ответил Ройнон, не глядя на нее. — Но причина была.

— Причина? — Василиса растерялась особенно от прячущего взгляда Ройнона. Неужели он что-то не договаривает? — Подожди, то есть это произошло не во время приступа?

Ройнон кивнул, а потом растерянно почесал затылок.

— Вот проклятье… — выругался он, неуверенно посмотрел на Василису и шагнул ближе. — Я поклялся не рассказывать никому, но ведь тут дело непростое, так что давай это останется между нами…

— Конечно, между нами! — согласилась Василиса и тоже наклонилась вреред, чтобы не пропустить ни одного слова.

— Что между вами? — раздался позади голос Элемиана, и Василиса вздрогнула. — Ройнон, чем это ты решил поделиться с моей пленницей?

Пленницей? В груди кольнуло от обиды. Ну да, конечно, кто она для него еще…

— Ты убил свою мать, будучи в здравом уме? — выпалила Василиса, развернувшись к нему и скрестив руки на груди. Раз он не щадит ее чувства, она не станет щадить его. — Не из-за приступа?

Он нахмурился, потом усмехнулся, как обычно нагловато и снисходительно.

— В очень здравом уме, — холодно ответил он. — Она стала первой, кого я убил силой богини по собственной воле.

— Но… — Василиса повернулась к мрачному и смотрящему в пол Ройнону, надеясь увидеть на его лице опровержение слов Элемиана. — Это слишком…