— Издеваешься?! — Василиса пролетела по собственной комнате без возможности коснуться хоть чего-нибудь. А между тем здесь появились хрустальные вазы с тремя шикарными букетами, на столе лежали украшения, каких у Василисы отродясь не бывало. Да похоже ей все просто снится…

— Прости, но некогда болтать, — заявила бывшая принцесса. Припудрив носик неизвестно откуда взявшейся пудрой, Наиша вышла в коридор, обула босоножки на каблуках и выскочила из дома.

А Василиса как привязанная плыла следом и пыталась убедить себя, что просто видит сон, ведь все выглядело будто не так, как прежде, да и где мать, отчим? Они никогда вместе не выходили из дома. Только по очереди в магазин.

На улице Наишу встретил высокий мужчина лет сорока пяти в синем дорогом костюме, галантно поцеловал ей ручку и проводил к черной Бентли!

— Обалдела?! — крикнула вдогонку Василиса. — Ты что, уже с каким-то мужиком замутила?

Наиша флиртовала с ним так тонко и грациозно, что мужчина не мог отвести от нее взгляд. Ну да, что тут скажешь — принцесса со всем арсеналом манер благородной и утонченной леди. Какой Василисе никогда не стать.

— Это мой мир и мои проблемы, верни мне их! — крикнула Василиса, но Наиша только обернулась и подмигнула.

— Так нельзя! Нельзя… — простонала Василиса, глядя вслед уезжающей машине, а вокруг все расплывалось и бледнело, покрывалось тонкой дымкой, как бывает иногда во сне.

Когда Василиса окончательно очнулась в темном тесном сундуке, то не успела погоревать о собственной участи, потому что услышала голоса:

— Послание от Валрона, да, — говорил противный скрипучий голос. — Мы должны все устроить, как он просит.

— Его человек прибудет через день, — говорил второй важным тоном. — И тогда рядом с генералом должны быть только его солдаты, нельзя допустить смертей среди наших бойцов.

— Можно использовать указ императора как предлог, — вещал скрипун. — Генерал будет обязан испить…

— Нет, он не должен что-то заподозрить…

— Тихо! — прервал их третий голос глубокий и даже приятный. — Вещи у сундука, смотрите! Похоже тут кто-то есть.

Василиса встрепенулась, сообразив наконец, что речь о ней, а она проспала безопасный момент выхода. Вот надо же было так сглупить! И как она отрубилась настолько незаметно? Но она ничего не украла, может, обойдется…

Крышка распахнулась, в глаза ударил свет магического камня.

— Что ты тут делаешь, девка?! — воскликнул скрипун. Им оказался высокий седой мужчина. Рядом с ним толпились еще трое.

— Прячусь от генерала! — воскликнула Василиса первое, что пришло в голову. Вид белых нашивок на груди у этих людей и их незнакомые лица натолкнули на мысль, что это рыцари императора. Может быть, они помогут сбежать?

— От генерала? — прищурился один и погладил усы.

— Каков наглец! — возмутился низкий и коренастый, похожий на пенек, пожилой мужчина. — Притащил девку в военный лагерь.

— Куда смотрит император!

— На цепь бы его и в Черную темницу на веки вечные!

Василису подняли за руку и вытащили из сундука, но совсем не так, будто сочувствуют, а как обыкновенную поклажу.

— Помогите, прошу, — простонала Василиса. — Я не хочу к нему возвращаться.

Они смотрели на нее, но словно видели куклу. Неживую, говорящую куклу на батарейках. Да что ж ее все игнорируют?!

— Может быть, того, девчонку? — произнес скрипун, показав пальцем на горло, и Василиса ахнула. — Пока он не знает, где она.

— Правильно, а то гарнизон скоро в бордель превратится.

— И подбросим тело его помощнику. Вот потеха будет!

— Помог... — взвизгнула Василиса и дернулась в сторону, но ее схватили и зажали рот.

— А ну заткнись! Эй, дай веревку, свяжем вначале.

Василиса задергалась, пнула одного в колено, другого локтем толкнула в живот. Но вырваться не удалось.

— Давайте быстрее, — прошептал один и отступил, потирая ушибленную ногу. — Слишком долго возимся. Я пойду проверю пока...

Полог палатки откинулся размашисто и резко. В ярком солнечном свете стоял огромный силуэт. И на его темном фоне светились синим глаза.

— Ва-а-аше превосходительство! — Тот, кто держал Василису, расплылся в улыбке. — Вот... Лазутчицу поймали!

— Подслушивала, прячась в сундуке.

Василиса замычала — сухая мозолистая рука держала ее рот.

— Отпусти, — тихо произнес генерал, а по спине от страха пробежал холод.

Ее моментально отпустили и даже отошли на пару шагов.

— Простите.

— Простите великодушно, ваше превосходительство.

— Мы не знали...

Они съежились, замялись. Генерал сжал кулак, поднял руку и ударил по вкопанной в мерзлую землю балке. Та треснула, покосилась. Палатка накренилась. Мужчины задергались.