Соскучился. Такое специальное слово, чтобы у женщины екнуло сильно-сильно сердце. И перерыв имеется — обеденный. И его вполне хватит на то, чтобы сбегать попить кофе. Почти как на свидание. Возможно, последнее.

Юся: Через десять минут буду в нашем кафе.

Влад: Я сделаю заказ. Тебе как обычно?

Юся: Да.

***

Влад отдувался за двоих — рассказывал новости из жизни «Северной звезды» и про проделки Юсиной тезки, комментировал перекрытый внезапно мост из-за обнаруженной трещины и образовавшиеся в связи с этим в городе десятибалльные пробки. А Юся только слушала.

Нет, сейчас она ему ничего не скажет. Этот разговор — непростой и очень деликатный — надо составить в приватной обстановке, а не в кафе, где много посторонних людей. Поэтому сейчас Юся большей частью отмалчивалась, иногда рассеянно улыбалась, отделывалась односложными репликами. И любовалась.

Нет, она и с самой первой встречи отдавала должное внешним данным Влада. Но сейчас… сейчас ее мысли отправились в вольное путешествие по совсем затейливой траектории. Она смотрела на сидящего напротив Влада и думала — ее ребенок будет похож на него? А если это будет мальчик? Который вырастет таким же — со жгучими темными глазами, с резкими правильными чертами лица, с такими же бровями, носом, формой губ? Ей бы очень этого хотелось. Ей бы хотелось, чтобы ее сын был похожим на своего отца. А если это будет девочка?..

— Ю!

Она моргнула.

— Что?

— Ты меня не слушаешь.

— Слушаю.

Влад вздохнул.

— Ты даже не улыбнулась. А я, между прочим, старался.

— Извини. Просто…

— Проблемы на работе?

Юся ненадолго отвела взгляд.

— Есть… некоторые сложности.

— Тебе нужна владотерапия.

Почему-то защемило в груди и защипало в глазах. Но Юся умела себя собирать. Соберет и в этот раз.

— В субботу у вас свободно, доктор?

Влад рассмеялся.

— У тебя или у меня?

— У меня.

— Приготовишь лимонный пай?

— Договорились.

***

— Да не бери пакеты, они тяжелые. Сам отнесу на кухню.

Юся привалилась плечом к стене и смотрела, как Влад раздевается и разувается. Как-то незаметно цветы сменили продукты — вдруг осознала она. Нет, цветы время от времени появлялись. А вот еда была всегда. Влад теперь всегда приезжал к ней с парой пакетов продуктов. Мотивировал тем, что он ее объедает и должен компенсировать. А Юся… Юся не возражала.

Потом они вместе разбирали продукты, и Влад нахваливал какой-то невероятно вкусный паштет, который он купил специально для Юси, и она должна его оценить. А она смотрела, слушала и думала о том, как вот это все уместить вместе — паштет и разговор об их будущем ребенке. И сердце наливалось какой-то щемящей тоской. И тяжестью.

Юся поняла, что ей страшно.

Но на страх она не имеет права.

Влад вымыл руки, осушил их полотенцем и раскинул. Это такой специальный жест, на который ноги у женщин реагируют сами. Тебе раскинули руки — и надо кинуться, прижаться. Чтобы обнял. Чтобы поцеловал. Чтобы…

Нет.

Это будет неправильно — вдруг остро поняла Юся. Неправильно сейчас пойти в постель, а потом вывалить на Влада новости. Сначала им надо поговорить.

— Влад… — она мягко высвободилась из его становящихся все более жадных рук. — Влад, пожалуйста…

— У тебя месячные? — после паузы негромко спросил он.

— Нет, — вздохнула Юся. Менструация ей в ближайшие полтора года точно не светит. — Я… Мне… Нам надо поговорить.

— Хорошо, — в этот раз пауза была заметнее. — Давай поговорим.

Он прошел и сел за кухонный стол. Юсе очень не хотелось тоже садиться за стол, напротив Влада, но она себя заставила. Села. Сцепила на коленях руки. И поняла, что не может произнести ни слова.

Молчание первым нарушил Влад.

— Ю, скажи как есть. Что бы ни случилось — просто скажи как есть. Это лучший способ.

Она резко и шумно выдохнула, до хруста переплела пальцы и подняла взгляд. Такие вещи надо сообщать, глядя в глаза в глаза. Только лицо Влада почему-то расплывалась.

— Я беременна.

Наступила тишина. В голове почему-то начался какой-то отсчет. Раз, два, три…

— Что, прости? — раздался хриплый голос Влада.

— Я беременна. У меня будет ребенок. От тебя.

Юся сильнее, уже до боли сжала пальцы и заставила себя сконцентрироваться. Лицо Влада перестало расплываться. Он смотрел на нее пристальным и немигающим взглядом. И абсолютно не читаемым, закрытым. Под этим взглядом ей захотелось съежить, спрятаться. Невыносимо захотелось.

— А как же твое бесплодие?

И все же невыносимо. Юся резко встала, обняла себя руками и отошла к окну.