Вот только, вместо новой темы, в голову все равно лезли ненужные мысли и одной, из наиболее пугающих была мысль о том, что Майн тоже Видящий, а значит, он мог бы помочь решить нам нашу проблему.

Подобное я категорически гнала из головы, тем более я еще не приняла в голове факт того, что я согласна на такую жизнь.

Эти мысли терзали меня еще несколько дней и все это время я держусь достаточно отстраненно. Дан дает это время, закрывшись в глухую оборону. Он не трогает меня, почти не касается. Все это время он почти не улыбается. Это тяжело, жить на одной территории и чувствовать это напряжение. Без его улыбки и легкости я просто разваливаюсь. Только в этот раз, даже не смотря на то, что муж рядом, это чувство в десятки раз сильнее, чем когда мы расстались тогда, в начале отношений.

Весь этот хаос в голове рано или поздно должен был сформироваться в какое-то окончательное решение и наконец, я могла хотя бы себе сказать робкое, но все-таки конкретизированное «ДА».

К моему удивлению, хотя чему там удивляться, к концу этого времени, в голове уже плотно сидели мысли о том, что я бы хотела видеть вторым мужем именно Майна. Это было немыслимо, сумасбродно, глупо, ведь даже если принять тот факт, что Мирослав Алексеевич мне интересен как мужчина и позволить этой мысли развиться, а не гнать прочь, то во-первых, после потери невесты он едва ли желает снова ввязываться в отношения, а во-вторых, сдалась ему я, его студентка, что младше почти вдвое. И тем не менее, даже подобные мысли помогли мне примириться с мыслью о втором муже. Выходит, не настолько я категорична и дело именно в том, кто мог бы стать вторым мужем? Это пугало, вызывало страх и ускоренение пульса, вместе с приливом адреналина, но тем не менее, каждый раз я отвечала утвердительно. Я была согласна на второго мужа и наверное, это была наименьшая из проблем, потому что на повестке дня теперь будет стоять, как найти второго мужа в ближайшее время, не умереть со стыда и при этом, что-то испытывать к нему?

Но пока, мне стоило успокоить нынешнего мужа, потому что спустя этот срок, на Дана совсем уже больно смотреть и если раньше, я сама была словно в некотором вакууме и не могла заставить себя что-либо предпринять, чтобы хотя бы поделиться мыслями, успокоить Дана, то сейчас, приняв это решения, я почувствовала, что будто проснулась.

И поэтому, когда муж, как всегда последнее время, закрытый и отстраненный входит в комнату, приняв душ после спортзала, первое, что я делаю и по чему так скучала, подхожу к нему и прижимаюсь всем телом, обхватив опешившего Давиана за талию и прижавшись к мускулистой грудной клетке, где все сильнее билось сердце.

- Ксюш, - шепчет вопросительно муж, напрягшись всем телом, но все-таки, опускает свои руки мне на спину и еще через мгновение, крепко сжимает меня, будто отчаянно, - это нет? – произносит еще тише.

От его интонации и этого короткого вопроса, у меня внутри все обрывается, ведь я тоже не знала, что творилось у него в голове все это время, потому что мы почти не говорили и поэтому, я лишь крепче прижимаюсь к любимому.

- Это да, Дан, - произношу тихо и поднимаю голову, чтобы видеть лицо.

Давиан сперва смотрит неверяще и тут же следом сгребает меня в еще более крепкие объятия, а потом, резко подняв над полом кружит и такая радость у него в глазах, будто я снова согласилась за него замуж выйти, а не выбрать второго мужчину.

- Моя храбрая кроха, - шепчет отчаянно, опустив на ноги и целуя в щеку, шею, - спасибо. Я так тебя люблю, Ксюш, - муж утыкается носом в шею, а у меня мурашки по телу бегут и от осознания, что я правда согласилась и от того, что я так соскучилась по нему.

И это он еще не знает, мысли о ком помогли мне примириться с этим положением.

Но а пока, даже Майн уходит на второй план, потому что муж начинает целовать меня. Жарко, отчаянно, показывая, насколько скучал, а я, скучая не меньше, отвечаю с таким же жаром.

- Ксюш, давай лучше я с ним поговорю, - произносит хмурый муж, когда я на следующий день все-таки рассказываю обо всем.

И наверное, это самое неловкое и волнительное, что я когда-либо говорила. Никогда бы и в страшном сне мне не могло присниться, что я буду рассказывать мужу о том, что мне нравится другой мужчина.

Но Дан молодец, держится, ни тени ревности в глазах, хотя я понимаю, что она есть, он сам об этом говорил ранее, ну а сейчас, он просто несколько шокирован моим выбором и теперь сидит и смотрит на меня с давящим и мрачным выражением.

- Нет уж! – тороплюсь протестовать, - это вообще странно будет. Мирослав Алексеевич, будете мужем моей жены? – хихикаю нервно, закрыв рот ладонью, - я вообще не представляю, как это происходить должно, тем более что времени обычно не так уж и много для поиска.