Быстро сменив тему, девушка начала рассказывать о своем детстве в Себире и о том, как стала детективом почти случайно. Это было расследование пропажи фамильного перстня у одного из местных аристократов. Тогда она докопалась до сути всего за неделю, в то время как местная полиция уже успела потратить на розыск преступника не один месяц. Это был триумф маленькой девочки и начало ее большой мечты – помогать расследовать еще больше интересных дел.

Лейна много говорила о своих клиентах и о странных, порой забавных случаях из практики. Кайден повеселел и начал смеяться – низким, грудным смехом, от которого по ее телу снова разливалось тепло.

Они не заметила, как пролетело время. Сумерки уже давно окрасили улицы в алые тона, когда они вышли из таверны. Фонари с магическими огнями уже были зажжены, отбрасывая на мостовую длинные, таинственные тени.

– Я провожу тебя, – сказал Кайден.

Это снова не было вопросом.

Когда они шли по тихим вечерним улицам, их плечи иногда почти касались друг друга. Воздух был холодным, но Лейне было тепло. Странно уютно и спокойно. Она не вспоминала о вчерашнем бегстве, не думала о книге. А просто шла рядом с ним, и это ощущение было на удивление правильным.

Вот и ее калитка. Скрип, который она так любила и каменистая дорожка, ведущая к дому.

Они остановились у двери. В окне горел свет – она зажгла его магией перед уходом, чтобы возвращаться в уют.

– Спасибо, – сказала Лейна, поворачиваясь к аристократу.

Ее сердце снова застучало, но на этот раз не от паники, а от чего-то иного – от благодарности. Это была нахлынувшая нежность и понимание, что этот день был одним из самых насыщенных и светлых за долгие годы.

– Мне сегодня было очень хорошо, – прошептала она совсем тихо.

Луна выплыла из-за туч и осветила лицо мужчины. Он улыбался. Не победоносной улыбкой наставника, а мягкой, искренней улыбкой человека, который тоже отлично провел этот день.

– И мне, Лейна, – прошептал он в ответ.

И тогда она это сделала. Решение родилось мгновенно, спонтанно, идущее от сердца, а не от разума. Она встала на цыпочки, быстро, пока не передумала, прикоснулась губами к его щеке. Прикосновение было мимолетным, как дуновение ветерка, но в нем было все: благодарность, зарождающаяся привязанность, и обещание чего-то большего.

– До завтра, – прошептала она, чувствуя, как по ее лицу разливается румянец.

Не глядя на Кайдена и не дожидаясь его реакции, девушка повернулась, открыла дверь и скользнула внутрь. Но на этот раз она не убегала в панике. Она просто уходила, унося с собой его тепло, его запах и сладкое, трепетное ощущение от своего поступка.

Прислонившись к закрытой двери, ведьма прикоснулась пальцами к собственным губам, все еще хранящим призрачное тепло его кожи. А потом она улыбнулась. Широко, совсем как те влюбленные героини, которых она так старалась описывать.

Пройдя в гостиную и щелчком пальцев заставив камин гореть, девушка села за свой письменный стол. Медленно доставая чистый лист бумаги и обмакивая перо в чернила, писательница вывела долгожданные строки: «Глава третья. Его прикосновение было подобно падению звезды – внезапным, ослепительным и навсегда меняющим небосклон ее души…»

Теперь слова лились легко и свободно, рождаясь не из головы, а из переполненного чувствами сердца. Лейна наконец-то понимала, о чем пишет, как это переживает сама. Ей это безумно нравилось и хотелось как можно скорее выплеснуть все на бумагу.

Глава 4

Следующие несколько месяцев пролетели для Лейны в каком-то трепетном тумане. Слова лились на бумагу сами, рождая самые проникновенные сцены ее третьей книги. Она писала о первом прикосновении, о немом диалоге взглядов, о чувствах. Теперь все это было пропущено через сито ее собственных, новых, ослепительно ярких ощущений. Кайден стал неотъемлемой частью ее жизни. Их дни были наполнены встречами и разговорами.

Осень сменилась снежной зимой, а они все так же проводили время за беседами во время прогулок и ежедневных дел, сидели вечерами в таверне и проникались друг другом все больше.

Со временем, Лейна узнала Кайдена намного лучше: его ироничный ум, его странную, затаенную грусть, которую он тщательно скрывал за маской светского безразличия, его неизменную галантность. Он ни разу не попытался переступить ту невидимую черту, которую она провела после того первого, робкого поцелуя в щеку. Это ее и успокаивало и вместе с тем, сводило с ума.

В один из вечеров, Кайден, наконец, раскрылся и рассказал все.

Он родился в столице Этерии. Был сыном влиятельного аристократа и впереди их ждал союз семей по договоренности, но Кайден был против этого. Сама дочь правителя страны желала видеть Кайдена своим супругом, но его сердце было отдано другой.

Милая девушка – продавец в столичном книжном магазине очаровала молодого аристократа своим чтением вслух вечерами у пруда на окраине города. Она приходила туда каждый вечер и ее слушали местные детишки, впитывая знания, которые не способны были получить самостоятельно.

Только местная знать имела возможность обучаться грамоте, в то время как остальной люд, за редким исключением, мог похвастаться хоть какими-то знаниями.