— Знаешь. Это Георг. Рыжик.

— Вот как? А как вы… мы же в разных мирах… И он не человек. В смысле не совсем…

— Лена, — Вика смотрит на меня в упор, — это все имеет значение для тебя. А мне — неважно.

— Ну раз так, то… Поздравляю, — отпиваю глоток чая.

— Спасибо, — отвечает подруга, не спеша, как обычно, поведать мне подробности своего нового романа.

— А у меня что-то странное происходит… — наконец решаюсь рассказать.

— Что именно?

— Мне кажется… я стала как-то лучше слышать.

— Я что-то не поняла, — Вика смеется. — Лучше слышать? А разве это плохо? Вот если бы ты стала хуже слышать — вот это повод заволноваться.

— Да, я тоже так сначала подумала. Но вообще, это странно. Сегодня я кое-что услышала, чего вообще не могла слышать.

— Ой, мамочки! — Вика закатывает глаза. — Рассказывай уже, не томи.

— Я была на работе. Вышла из класса и шла к лестнице, когда услышала, как разговаривает наша завуч и еще одна учительница. Они обсуждали меня. Завуч сказала, что, скорее всего, я доведу свой четвертый класс до выпуска, и они будут со мной прощаться.

— С чего бы? Ты же любишь свою работу. И с детьми хорошо ладишь, они тебя обожают!

— Принципиальная я, как оказывается. Не прислушиваюсь к руководству, нарушаю дисциплину — это они о том, что мы с детьми выходим на переменах на улицу и там играем и бегаем.

— Ясно, я поняла.

— Но самое интересное не то, что я вот так невзначай услышала о своем увольнении, а то, что, по идее, я этого слышать не должна была.

— Вот сейчас я запуталась, — Вика фыркает.

— Я стояла на лестнице второго этажа, а завуч и учительница разговаривали в конце коридора на первом этаже!

— Ну знаешь… возможно, они слишком громко разговаривали. Или в школе было тихо, а в пустом помещении звуки разносятся далеко.

— Да, я тоже себя так успокаивала. Но когда шла домой услышала мурчание котенка, стоя на другой стороне шумной трёхполосной дороги!

— Да ладно тебе, — Вика недоверчиво на меня смотрит. — Показалось!

— Нет. Я когда перешла дорогу, нашла этого котенка в кустах и отнесла в приют.

— Серьезно? — Подруга озадачено потирает лоб. — Это что-то новенькое. А есть идеи, с чем связан твой внезапный супер слух?

— Нет. Ноль идей и догадок. Может… я не знаю… может у меня опухоль какая-то в мозгу? Ну… внезапно образовалась.

— Ну ты чего? Совсем уже?

— А что? У тебя есть лучше объяснение? И, кстати, слух — это еще не все.

— О, мамочки! Что еще?

— Даже не знаю, как сказать… запахи я стала лучше чувствовать, — говорю почти шепотом.

— Что⁈

— Только не прикалывайся, пожалуйста, — прошу заранее. — Я могу доказать, что мне не кажется.

— Ну раз уж пошла такая лютая дичь, давай, доказывай.

— Твоя футболка только со стирки. Ты стирала ее порошком «Ариэль» и полоскала с каким-то цветочным кондиционером для белья. На джинсах где-то должно быть свежее пятно мазута, я слышу запах. Скорее всего, это ты когда шла ко мне, что-то зацепила. Пусик уже сильно попахивает, его пора купать. А… и еще… когда ты только пришла у тебя был персиковый бальзам на губах, и ты, пока гуляла с собакой, съела парочку из тех конфет, которые принесла.

— А-а-афи-геть! — Вика смотрит на меня, выпучив глаза. — Ты долбаный Шерлок Холмс, не, он был мужик! Миссис Марпл! Капец!

— К сожалению, то, что я тебе сейчас рассказала не имеет никакого отношения к дедуктивному методу. Я просто слышу запах.

— Ну уж нет, не просто, — Вика замолкает, а потом говорит непривычно тихим голосом, — может, тебе и правда нужно сделать МРТ головы.

Через два дня мы снова встречаемся с Викой у меня в квартире. Я как раз готовлю ужин. За эти дни была дважды у Ксении в больнице, но с ней не виделась, просто передавала суп-пюре и кефир с водой через санитарку.

— Представляешь, я вчера смогла сделать МРТ, — говорю подруге, нарезая огурцы в салат.

— И что там показало? — спрашивает Вика, моя зелень в раковине.

— Результаты будут через четыре дня, но доктор, видя, какая я испуганная, сразу посмотрел на экране и сказал, что ничего страшного нет. Все чисто, даже кист никаких нет, не говоря уже об опухолях.

— Ну так это же хорошо, нет?