— Я уже дважды видела это напыщенное представление, третий раз не очень хочется. Или ты хочешь посмотреть?

— А мне-то что? Если моя девушка хочет уйти, с чего я буду ей препятствовать?

Снова встает первым и подает мне руку. У меня появляется пока еще не совсем уверенное, но все же ощущение, что Ксандру нравится меня касаться. И не важно как. Держать за руку, обнимать за талию, прижиматься ногой к бедру — любой вариант устроит.

На выходе мы недолго разговариваем с моим папой. Видно, что ему неловко находится на этом празднике.

— Вообще не понимаю, зачем меня опять позвали, — в который раз растеряно повторяет он.

— Наверное, потому, что Ксения — твоя дочь, — отвечаю с улыбкой.

— Наверное, — отвечает, едва заметно улыбаясь уже привычной чуть виноватой улыбкой.

Интересно, папа когда-нибудь улыбался, как я? Широко, радостно. Или как Ксандр? Обаятельно, немного хищно. Откуда взялась эта отцовская полуулыбка, словно его сейчас за нее накажут?

Мы прощаемся, я обнимаю папу, понимая, что нескоро еще его увижу. Мария, его вторая жена, оказывается, очень хорошая женщина, действительно любящая его. Мне становится легче, когда я понимаю, что отец теперь не один, более того, с ним рядом человек, которому не все равно. Как показывает мой опыт: не в каждой семейной паре люди настроены друг на друга, чаще каждый смотрит только на себя.

Мы идем к выходу, и я уже облегченно выдыхаю, что обошлось без обычных маминых напутственных речей, но увы…

— Что-то вы рано собрались, — навстречу выходит сестра и ее новоиспеченный муж, в этот раз из ближнего зарубежья.

— Да, есть и другие дела, — отвечает Ксандр, приобнимая меня за талию.

— Я, конечно, не прошу их отменять ради меня, — кривится Ксения, — но могли бы и перенести. Что может быть важнее свадьбы сестры?

При этом, хоть ей и отвечал Ксандр, она говорит, обращаясь ко мне.

— Ритуал мы посмотрели, было… познавательно. А застолье нам не интересно, — снова отвечает за меня Александр.

— Лена! Я вообще-то с тобой говорю, а не… — Ксения окидывает максимально пренебрежительным взглядом стоящего рядом со мной мужчину, — с твоим…

— Женихом, — внезапно сообщает Ксандр, при этом делает это таким тоном, словно делится большим секретом.

— ЧТО?

— ЧТО?

Это мы восклицаем дуэтом с сестрой, но я тут же поспешно исправляюсь.

— Зачем ты сказал? Я же просила пока что не говорить, — вроде как упрекаю Ксандра, строящего мне лукаво блестящие глазки.

— Извини, не сдержался, — просит прощения теперь уже фальшивый жених, игриво поцеловав меня в висок.

— Но как же… Как это⁈ — Ксения выглядит так, словно лишилась дара речи. На щеках горят два алых пятна, словно кто-то дал пощечины. Рот открывается и закрывается, не в силах выдать что-то связное.

— Это на меня так повлияла ваша брачная церемония с… — Ксандр переводит взгляд на молчаливого мужа моей сестры.

— Янис, — представляется тот. Мужчины пожимают друг другу руки, а потом Александр продолжает.

— Так вот… я посмотрел на вас и так проникся церемонией, что понял — готов к семейной жизни. Ну и, конечно, сразу же предложил Эллен руку и сердце. А сейчас, раз у нас вышел такой откровенный разговор, мы с моей любимой едем выбирать ей кольцо на помолвку. Я хочу платину и бриллианты для моей самой лучшей невесты, но Эллен просит что-то поскромнее. Я вот считаю, что скромность тут неуместна, а как вы, Ксения, думаете?

— А…ып…да! — Наконец выдает сестра. Громко выдыхает и добавляет уже более уверено, — Лена, мама просила, чтобы ты зашла к ней, на минутку. Комната сто один. Это тут, на первой этаже. Ксандр, вы же не против, если Лена поговорит с мамой?

— Нет, конечно, — отвечает Александр, очень довольный своей недавней выходкой. — Любимая, я буду ждать тебя тут. Посижу вон в том кресле, возле окна.

Киваю и, получив еще один поцелуй куда-то в макушку, иду в указанную комнату. Хочу побыстрее закончить этот дурдом и поехать домой!

Комната сто один находится сразу за углом. Стучу. Никто не отзывается, поэтому я просто открываю. Пусто. Прохожу дальше, в спальню.

— Мам? Это я, Лена. Ты где?

— Ленусик, ты все-таки пришла! — сзади меня обхватывают знакомые руки. Мужское тело прижимается максимально близко. — Я знал, что ты меня не забыла!