Джейк тут же бросается на её защиту, как и подобает хорошему парню:

— Кор, у тебя вовсе не чопорно. Твой дом — прекрасное отражение того порядка, контроля и высокого качества, которых ты требуешь от своей жизни.

Кора шутливо показывает ему язык:

— Из твоих уст я звучу как жуткая зануда, тебе не кажется?

Я усмехаюсь:

— Четко знать, чего ты хочешь от жизни — это вовсе не занудство. Это восхищает.

Кора мягко улыбается и снова хлопает меня по руке, направляясь к шкафчику со стаканами — без сомнения, чтобы найти вазу для цветов. Посмотрев на Джейка, я замечаю, что он провожает её прищуренным взглядом, словно она — головоломка, которую он никак не может разгадать.

Прежде чем мне представляется шанс спросить, что стряслось, из коридора справа от кухни доносятся новые шаги.

— Уитни, — начинает Джейк, — это мой друг, Дилан. Дилан, это Уитни, лучшая подруга Коры.

Внутри у меня всё так и обрывается.

Ладно, ужин на троих с Джейком и Корой я еще как-то мог переварить. Но я был абсолютно не готов весь вечер вежливо отбиваться от недвусмысленных намеков… а судя по выражению лица этой Уитни прямо сейчас, намеков будет предостаточно.

Я жму её руку и сухо киваю:

— Рад знакомству, Уитни.

Её взгляд бесцеремонно сканирует мою фигуру, а рот слегка приоткрывается.

— Поверь, мне приятно вдвойне, — выдает она, глядя куда-то мне в район груди. Когда её глаза наконец поднимаются к моим, она шумно выдыхает: — Господи, у тебя невероятные глаза.

Я подавляю дикое желание зажмуриться и перевожу взгляд на Джейка. Правда, заметив, какая ярость вспыхнула в его глазах, я быстро понимаю, что зажмуриться было бы безопаснее.

— Спасибо, — бормочу я, чувствуя себя так, словно попал в засаду.

Уловив мое замешательство, Джейк вмешивается:

— Уитни, может, присядешь за стол? Думаю, у нас уже всё готово к подаче. Дилан, поможешь принести тарелки?

Если Уитни и раскусила маневр Джейка, её манеры не позволяют ей этого показать. Она принимает предложенную им руку, позволяет проводить её тот метр, что отделяют коридор от стола, и пододвинуть ей стул.

— Кора, пахнет потрясающе, — говорю я, открывая шкаф с посудой.

— Спасибо. Это любимое блюдо Джейкоба.

Я мысленно беру это на заметку.

Когда мы все усаживаемся, я изо всех сил стараюсь не смотреть на Джейка и свожу свое участие в разговоре к минимуму, но девчонкам, похоже, нужна история всей моей жизни.

Когда я вскользь упоминаю, что у меня умерла мама, в уголках глаз Уитни проступают искренние сочувствующие морщинки:

— Мне очень жаль.

— Спасибо. Было тяжело, но я благодарен за то, что у меня есть сестра, отец и наша мастерская. Работы хватает, так что скучать не приходится.

— А твоя девушка? — интересуется Уитни, явно закидывая удочку.

— У меня нет девушки, — отвечаю я, уставившись в тарелку.

И как бы всё повернулось, скажи я им прямо, что я гей? Появились бы у Коры подозрения насчет дружбы Джейка со мной? Стала бы Уитни пытаться меня «переделать»?

Поскольку возможности посоветоваться с Джейком у меня нет, я решаю пока попридержать эту информацию при себе. Если Джейк сочтет нужным и уместным — сам расскажет. Он знает, что мне без разницы.

— Что-то слабо верится, — отзывается Уитни, плавно ведя ладонью по моему бедру. Мы сидим бок о бок, а Джейк с Корой — напротив нас.

Я вижу, как у Джейка проступает желваки на челюсти: сквозь стеклянную столешницу ему прекрасно видно, как рука Уитни ползет всё выше по моей ноге. Не желая, чтобы он в приступе ревности раскрошил себе зубы, я перехватываю её руку и останавливаю.

— Боюсь, сейчас у меня просто нет ни времени, ни сил на отношения, — пытаюсь я объяснить, надеясь, что она поймет с первого раза и мне не придется повторяться.

Но не тут-то было.

Она забавно морщит нос:

— Фу, да кому вообще нужны эти отношения? Посмотри на этих двоих. На них же глядеть тошно. Без обид, ребят, — смеется она. — Я предпочитаю бурные интрижки. Мне нравится сам азарт, погоня, завоевание. А потом мне нравится двигаться дальше.

Это она на что сейчас намекает? На перепихон на одну ночь?

Джейк настойчиво покашливает:

— Уит, это едва ли подходящая тема за обеденным столом, — осаждает он сидящую рядом со мной женщину.

Уитни переглядывается с Корой, но всё же отступает:

— Прошу простить меня. Расскажи нам, Джейкоб, какую тему ты бы хотел обсудить?

В её голосе нет грубости или злобы, но отчетливо слышится этакая подначка, ехидство.

Разговор перетекает на нейтральные темы: работа, путешествия, еда. В конце концов, мы неизбежно добираемся до темы вандализма и стрельбы в Глинду.