Софи кивала головой, глазки её блестели от счастья. Я не удержалась и расцеловала её в щечки, она тут же принялась обниматься.
Мы еще немножко посидели, слушая тишину и волшебство этого места, спустились и пошли домой - готовить ужин.
На ужин я сделала овощное рагу с большим количеством мяса – придет подросток после целого дня, проведенного на улице, огромный таз салата с фасолью, сыром и овощами. К чаю снова сделала блины, мне показалось, что пирогов будет мало, а блины - быстро и вкусно.
Софи все это время вошкалась рядом, вспоминала и пересказывала уже раз двадцатый, как мы нашли папин домик, и что теперь это домик наш.
На кухню заглянул Генри.
- Нади, я у твоей комнаты оставил коробки с одеждой, сверху положил книгу, начни с неё.
- Вау! Подарки! Спасибо! – я задвигала плечами, показывая, насколько я счастлива, рада и очень-очень довольна.
Софи засмеялась и посмотрела на меня как на чудо. Этот взгляд я запомню на всю жизнь…да.
На кухню зашли отец и сын, серьезные, деловые и очень похожие.
- Я готов проглотить арканидона!
- Нади, сегодня все в сборе, не против, если накроем в гостиной? - обратился ко мне Генри.
- Не против, - сказала я. – Начинайте, а я приму душ, переоденусь.
Генри кивнул, удерживая улыбку, представляя как два графа, хозяин и его сын, накрывают на стол. Так, между прочим, делали его родители, у них не было прислуги, магией дом поддерживался в чистоте, остальное - всё успевала Ливада – мама Бернара.
- Софи, ну, командуй, что вы тут приготовили, - обратился отец к дочери.
Малышка аж подпрыгнула от радости.
- Пап, мы с мамой сделали рагу, салат, блины и там остались пироги Фреду. Кое-кто их чуть не съел.
Малышка подняла бровки на отца.
Бернар не удержался, поднял Софи и поцеловал, она с радостью ответила ему.
Все чувствовали витающее повсюду счастье, и от этого хотелось всем улыбаться, обниматься.
Фред тоже улыбнулся, пытаясь удержать улыбку, сохраняя, вроде, как обиду на отца.
Бернар посмотрел на дочь еще раз, всего за полтора дня она изменилась: стала живой, общительной и даже поправилась немножко. Бегала между взрослыми, командовала, смеялась. Сердце графа наполнилось глубокой любовью к дочери еще сильнее и не менее сильной признательностью Нади.
16.
У двери моей комнаты стояли две большие коробки, как из-под стиральных машин с Земли.
Я даже представить не могла, что там может быть в таком объеме, открыла первую. В ней было много-много коробок разных размеров, красиво упакованных и перевязанных ленточками, распечатала первую: белье женское. Во второй большой - были тоже коробки с платьями, чулками, палантинами и прочими женскими вещами.
Я задвинула все своё добро в комнату, оставив приятную распаковку на вечернее время, приняла душ, надела платье, что сделала вчера и пошла на ужин, думая о Бернаре.
Остановилась перед дверью в столовую, выдохнула: сегодня ужинаем всей семьёй.
- Нади, восторг! – Фред ел, нахваливая меня.
- Не подавись, спасибо! Я очень рада, что тебе нравится.
- В монастыре научилась так готовить? – он хитрыми глазами смотрел на меня.
«Засранец мелкий!»
- Нет, Фред, мама готовила вкусно всегда, училась у неё, в детстве ей помогала, потом вместе творили. Я люблю готовить, мне нравится угощать, миксовать ингредиенты, придумывать свои рецепты.
Я уставилась на парня, отложив приборы, удерживая взгляд подростка.
Он сглотнул, кивнул мне, поджав губы.
- И, не проверяй меня на ложь, Фред, спроси напрямую, так честнее.
Я поддела салат, опустила в рот, жуя, посмотрела снова в глаза юному магу.
- Ты мне нравишься, Нади! Ты другая!
Бернар переводил взгляды то на меня, то на своего сына, чувствуя ревность.
Дальше ужин прошел в тишине, раз только граф спросил сына, как прошел день, на что Фред ответил дежурно: «Нормально».
Все разошлись по своим делам. Мы с Софи читали, потом пошли ко мне в комнату, я развешивала платья, шляпки, шерстяные накидки и плащи с капюшонами и без, проделывая нехитрые манипуляции с вещами что-то рассказывала малышке, она участливо поддерживала женскую беседу, подавала мне вещи, комментировала.
Уложив Софи, приняв душ, я взялась за чтение. Генри мне подсунул что-то вроде энциклопедии, похоже, детской – с картинками и крупным шрифтом. В книге по алфавиту были записаны слова магического мира и первое, что я решила отыскать - арканидон.
Его хотел съесть голодный Фред.